Броквен. Город призраков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я вместе с Сабо вышла уже не на пустую улицу, а на заполненную площадь, что разрывалась от возгласов и лязга цепей. Улицу заполнили уже так знакомые мне призраки; бледно-голубые, с белыми глазами и толстыми, пока что ещё не ржавыми цепями. Они взволнованно шептались, со страхом оглядывали себя и остальных. Особенные ждали Сабо на небольшой деревянной сцене с таким же длинным стендом. Поднявшись, Гостлен пару раз кашлянула, кивая товарищам позади.

— Тишина! — крикнула басисто стража по бокам, ощущая призрачное давление.

Только призраки затихли, переводя тысячи пустых глаз на Сабо, она, глубоко выдохнув, громко и ровно начала:

— Дорогие усопшие жители! Сегодня, десятого мая 1730 года Круговорот Того Света не явился, чтобы забрать вас. Смерть не увидела наш город спустя две недели после Ночи Активации. В эту страшную ночь моя магия защитила город от погибели, а Ромб Освобождения отдал погибших Смерти и закрыл путь мертвепризракам во внешний мир. Но мною и Особенными было обнаружено, что почва нашего города испортилась. Предположительно передозированная неизвестной мне магией, почва стала аномальной и отныне… усопшие будут сковываться цепями после девяти дней.

Послышался суетливый шёпот толпы. Гул постепенно нарастал, но от криков стражи все вновь ненадолго успокоились.

— К сожалению, этот аномальный феномен не изучен мной, я правда не знаю, как предотвратить это. Сейчас, прямо на этой площади я откровенно откроюсь перед вами. Я, Сабо из рода Гостленов, не могу восстановить прежнюю гармонию между мирами на этой земле. Почва на этих землях испорчена, а это значит, что город изменится.

— Что вы имеете в виду? — крикнул кто-то из народа.

Сабо тяжело сглотнула, затем развернула свиток, окунула перо в чернильницу и что-то подписала. Её вердикт сотряс весь город:

— Могучая ива сгнила. Гармония сломалась. И город навеки сломлен. Теперь это не Виллоулен. Отныне имя сломленному городу — Броквен!

Вновь поднялся громкий гул. Послышались рыдания и крики. Через звон в ушах я инстинктивно повернулась к горе, на которой стояла ива. Зрение вдруг стало острым, я чётко увидела некогда волшебное дерево.

От ветвей оторвались последние сухие листики. Ветви ивы скрутились, стали похожи на извилистых змей. По темному мертвому стволу стекали частые струи синей жидкости, а впитывались они… в светящуюся ядерно-зелёным землю, растворяясь в испорченной почве.

Глава 12. В чёрном-чёрном поезде…[17]

— Аргх, Филса, не несись как антилопа!

Средь густых елей и вечнозеленых лиан помимо навязчивого хруста веток и хлюпания грязных луж доносился звонкий смех Филсы и мое недовольное гоготание. Договорившись встретиться, эта мелюзга сначала заинтриговала меня «кое-какой интересной информацией по Броквену». А потом, только мы оказались у входа в Вечноплакучий лес, она побежала, сломя голову, только поторапливая меня:

— Давай, Еленочка, что ты сама как черепаха?! — громко хохотала Хьюстон, хрустя ветками. — Будешь так медленно бежать — ничего не расскажу!

Впереди, за нескончаемыми ветвями густых ив виднелась белокурая косичка, от которой исходил аромат апельсинового шампуня. Отдавался в безмолвном лесу тоненький звонкий голосок, словно журчащая реченька. А я же пыхтела как паровоз; не заправленные за ухо пряди волос лезли в глаза, нос и рот. Папина кофейная шляпка с козырьком также закрывала весь обзор, а промокшие насквозь ботинки раздражали. Мама точно взволнуется, увидев мои мокрые ноги в носках. Но ещё меня всегда раздражала неизвестность. Из-за неё страх и заинтересованность облепливали все тело, будто вязкая смола. В смоле интереса увязали и мои ботинки, и волосы и я сама. Даже поступь становилась тяжелой, от наседающих на мозг мыслей мне становилось дурно.

— Сколько мне ещё за тобой бежать?! — крикнула я на грани истерики.

— Мы бежим к Иве! — ответила Филса, даже не оборачиваясь. — Ты же знаешь, осталось чуть-чуть!

Прикинув в голове, сколько мне осталось ещё ковылять за Фил до Ивы, я удрученно, но и вместе с этим облегченно выдохнула. Да, я нашла время на старческие охи и ахи.

Пройдя быстрым шагом за Хьюстон ещё пару метров, мы оказались близь склона. Это был самый массивный и могучий склон в Броквене. Не только из-за размеров, но и из-за Ивы. Ива была символом нашего города, главным изображением на гербе среди двух голубок и озерной пены Бэддайнилэйкер. Только… сейчас могучая Ива несколько отличалась от той, что изображена на гербе. Посеревшая и засохшая, на ней практически не осталось листьев, лишь множество извилистых ветвей и темно-синей смолы. Ива была настолько загадочной в Броквене, что даже моя бабушка, знающая все и обо всем, никак не могла вспомнить, почему же для Броквена одинокая Ива на холме являлась каким-то особенным символом.

Когда поднимались по маленьким ступенькам, я уже шла почти вровень с Филсой, изредка кашляя. Она, так же кадыхая и запивая кашель водой, подбадривала меня.

Выйдя на верхушку холма, мы тут же оказались у Ивы. Она величественно возвышалась над нами, покачивались длинные серые ветви, все так же стекала необычная смола, с которой игрались мои яркие волны. Честно, я считала, что Призрачная брошь слегка барахлила. Нет, ну надо же становиться бешено-яркими от какой-то синей смолы! Броквен — сплошная аномалия, природный брак, так что я бы на месте своей магии так не дивилась какой-то синей смолы. Это все равно, что в Чернобыле удивиться странному вкусу воды!

Расстелив около Ивы белую простыню, Филса пригласила меня сесть, а затем уселась сама. Да-а, простыня, очевидно, оказалась краденной, ведь как ещё объяснить мокрые места? Фил была жутко нетерпеливой: если ей что-то срочно загорится, ветер в попу дунет, а что-то будет мешать ей осуществить задуманное, то пиши пропало. Хьюстон сделает все, чтобы достичь своей цели, даже если ей это будет стоить наказания от мамы или жизни. Вот такая вот она у Броквена целеустремленная!

Не успела я засмотреться на прекрасные далекие виды города, как Филса важно заявила:

— Мы с тобой сегодня не раскраски будем раскрашивать.

Я хмыкнула, отрывая травинку и начиная крутить её в пальцах.

— Оно и понятно, — я подняла свой взор на Хьюстон. — Ради раскрасок я бы не стала так растрачивать свой запас дыхалки.

— Ну-ну, не дуйся, Ель, — прыснула Фил, трепля меня по шляпе. — Я сегодня как всегда на взводе. Ты же меня знаешь!

Я устремила взгляд на распахнутый рюкзак, из которого виднелся корешок альбома Филсы. Обычно подруга, когда речь заходила о темном Броквене, любила показывать свои теории в рисунках, красочных таких и больших. Поэтому, стоило мне только увидеть альбомную проволоку, рот наполнялся слюной от предвкушения. Несмотря на свой молодой возраст, Хьюстон рисовала так, будто в ней было опыта лет десять. Каждая деталь в рисунках была прорисована до самых бликов и мельчайших узоров, её произведения словно дышали, являлись живыми картинами. Каждый отблеск, освещение, складка… все было продумано до мелочей.

— …Сегодня у меня на повестке дня будут не просто рисунки, — после недолгой паузы заговорила Фил, медленно, заставляя меня прокусить губу в мучительной истоме, доставая альбом из зеленого рюкзака с рисунками бабочек. — Сегодня нам понадобится твоя магия.

[17] Атмосферные песенки: