— Я убью тебя… — Филса обернулась ко мне, насупив нос.
Меня точно пробило током.
— Повтори?
— Убью тебя, — повторила она под мерзкие смешки Отца. — Если Вайталши убьёт Гостлен, брошь погаснет, и барьер разрушится. Тогда Харон сможет провести мертвепризраков и мервтесилу по всему миру… — Фил показательно направила копье на меня. — И ты станешь такой же, как я: забытой, одинокой и отчаявшейся. Я исполню нашу клятву детства за тебя, Елена. И заодно выполню свой долг, ради которого я… родилась и жила.
— Филса, нет… — я еле сглотнула комок слез. Не могла поверить в ее слова…
Послышались активные хлопки и звон со стороны Эрнесса.
— Ай да умничка! — все ворковал он с Филсой. — Так держать, Филли! Ты настоящая Вайталши!..
Эйдан мгновенно вступился за меня, полностью закрывая собой. Особенные последовали его примеру, обняв меня за плечи и ноги. Народ Броквена вновь затрепался в непонимании.
— Слушай, кем бы ты там Елене не приходилась, я не дам ее в обиду, — смело протестовал Эйд, выставив жезл напротив копья Филсы. — За эти пять дней мы стали слишком близки и очень много всего пережили, чтобы я так просто позволял какому-то очумелому призраку давней подруги целиться на Елену копьем. Друзья ведь так не поступают, какие бы обиды не таились у обоих! Друзья стараются найти причину и следствие своего конфликта, а не рубить с плеча, как это делаешь ты! Обида просто закрыла тебе глаза на все!
Фил на несколько секунд замерла, часто моргая и ёрзая на одном месте. Но потом, резко выпрямившись, она гордо бросила:
— Вообще-то… Харону много болтать не надо.
Отец сразу встрепенулся, подняв указательный палец с золотым кольцом в виде черепа. Милтон даже перестал реветь.
— Точно! — воскликнул Вайталши и поспешил поднять Миля за шкирку, словно бродяжью собачонку. — Я совсем позабыл про своего Харона… — и хрипло засмеялся, снуя по карманам халата Крейза.
Милтон висел как тряпичная кукла; массировал виски, часто моргал от выступивших слез. Он не противился Отцу, лишь одиноко шмыгал, посматривая безнадёжно на Эйдана.
А Эйдан вопросительно покосился сначала на нас, потом на Отца.
— Ась? — только и смог произнести Эйд, наклоняя голову в бок. Я почувствовала, как он похолодел и напрягся всем телом.
Эрнесс достал из внутреннего кармана большой зелёный аметист, в котором отражался Портал Безрассудия со всеми его ядреными цветами, а также ликующие мертвепризраки и встревоженные броквеновцы. Вайталши отпустил Милтона и вытаращился на Эйдана, маня к себе пальцем.
— Иди сюда, хочу тебе кое-что предложить, — состроив дружелюбную гримасу, клокотал Отец.
Меня затрясло колючей дрожью, только я вспомнила про некого Харона, о котором последние два дня активно говорил весь Город призраков: слова мертвой герцогини о личном проводнике Отца, чей зеленый свет станет для призраков ориентиром по миру, рассказы Милтона о записке, в которой Отец просил поделиться зеленым аметистом для этого Харона, ажиотаж вокруг него у Джайванцев, что так жаждали пополнить его ряды. Затем в голове всплыли недавние слова Эрнесса о некоторых невыполненных пунктах его скверного плана, а потом ударили по вискам его зазывающие фразы, сказанные в адрес Эйдана. У меня не осталось никаких сомнений: Отец собирался отнять у нас Эйдана и сделать его своим!
Эйд на клокот Отца только саркастично хмыкнул, скрещивая руки на груди:
— Как-нибудь обойдусь, дядь! И без ваших предложений проблем по горло!
После Тайлер напыщенно взглянул на меня, поджимая губы. В его глазах читалось убеждение в том, что предложения Отца по умолчанию несут в себе подозрительный характер и безумную идею. Так же думали и Особенные, оскалившись на Эрнесса и выставив вперед свои оружия:
— Сами себе свои предложения предлагайте! — ворчала Телагея, подбрасывая мерцающий мячик.
— Он никуда не пойдет, как бы не были искусны ваши речи, — презренно молвила Мартисса.
— Привяжу! — все грозил Кертис с вытянутым дробовиком.
— Мы не дадим вам сделать из него мальчика на побегушках, — и я тоже отчаянно заступалась за Эйдана, с болью в груди представляя его позеленевшие глаза и костлявые пальцы… Нет, этого нельзя было допустить в любом случае.
И только Амабель не была заинтересована в защите Эйда. Она внимательно вглядывалась в отдаленный лес за широкой дорогой и переулком, морщась и делая глубокие затяжки. Отвлекшись и несколько секунд понаблюдав, я поняла, что Амабель так выслеживала белый огонек, что полегоньку приближался к площади. Что это еще?..
А Отец, терпеливая задница, все не унимался, тряся зеленым сверкающим камнем, точно конфеткой:
— Полно тебе, Эйдан. Хорошее же предложение, ты только послушай! Иди ко мне, я не кусаюсь!
Пруденси в это время чуть наклонилась и подставила ладонь к уху, задумчиво слушая треск и колот земли. Зрачки Амабель бегали туда-сюда. Она наблюдала за каждым движением Отца, всматривалась в жилки на лице Эйдана и переводила взгляд на огонек вновь, кивая своим мыслям и сжимая до скрипа курительную трубку. Мне все хотелось спросить, что она заметила, что услышала, что должно произойти. Но Амабель одним своим взором и сморщившимся носом давала понять, что кидаться с громкими расспросами сейчас было лишним.