Монстр с нежным сердцем: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сова серьезно глянула в ответ, раскрыла крылья и, оттолкнувшись от руки, медленно полетела вперед, Гарри, напрягая зрение, пошел следом. Волшебники, прифигевшие сперва от необычного поискового способа с помощью птицы, постепенно опомнились и заторопились за Гарри и его совой. Потом кто-то посетовал, что маленькую сову не видно в темноте, но кто-то другой тут же догадался выпустить Патронуса и велел тому лететь за Елочкой.

Движется по лесу престранная процессия: впереди маленькая скальная сова, рядом с ней — яркий, слепяще-белый филин, а за птицами — смешанная толпа волшебников и гномов, на всякий случай выкрикивающих имя пропавшего профессора. Не отстает от них и Гермиона, которую на руках несет великан Майрон, по-медвежьи принюхивающийся к запахам.

— Ричи! Ричи!.. Папа! Профессор Хирш!..

Снова, как когда-то давно в Амстердаме, на полпути Елочка вдруг ускорилась — сдавленно квохтнув, сорвалась в отчаянно бешеный полет, спеша со всех крылышек. Гарри, охваченный дурными предчувствиями, вмиг придумал новую стратегию.

— Где он, Елочка?

«В разрушенном склепе, на кладбище!» — натужно и хрипло крикнула сова.

— Елочка, ко мне! — вскинул Гарри руку. — Я сейчас трансгрессирую, а ты задай мне направление!

Моментально всё поняв, птица спикировала к Гарри на вскинутый кулак и, схватив его, дернула в нужных координатах. Прочие маги и гномы, не колеблясь ни секунды, спешно шагнули в воронку перемещения, сразу-то они всей толпой, конечно, не смогли, так что некоторым пришлось трансгрессировать самостоятельно, ориентируясь на след первой трансгрессии.

Вышагнув из подпространства и с полувзгляда оценив обстановку, Гарри с ходу велел явившимся за ним магам: «Отвлеките магглов!», сам ринувшись к старому заброшенному склепу. Соломон с Брайаном — за ним, Джон с остальными волшебниками развернулся в сторону фонарей и факелов, мелькавшим средь надгробий и крестов. До них вскоре донеслись шаги и возбужденные голоса, особенно громко ораторствовал кладбищенский сторож, колченого хромавший впереди всех:

— Точно говорю, вампир там! Как есть всамделишний! Вонючий, протухший и живой! Вот чем хотите поклянусь!.. Вот мы его счас… Колом проткнем, и будет нам покой…

Переглянувшись, маги раскинули руки и живым заслоном двинулись наперерез толпе. Майрон отошел в тень, затаившись на случай нападения. Властный голос Джона прогрохотал над погостом:

— Остановитесь, прошу вас! Позвольте нам самим разобраться. Мы ищем профессора Хирша.

Услышав отрезвляющее слово «профессор», народ уважительно притормозил. Опустили вилы и ружья, подняли факелы с фонарями повыше над головой и расступились, пропуская вперед начальство — старосту Грантауна. Вышел тот, встал рядом с бессильно трясущимся сторожем и склочно брызнул слюнями:

— А с чего ваш профессор на кладбище ночью заявился? Нормальные люди в это время дома сидят, пасьянсы раскладывают, а не по погостам шастают. Уж не упырь ли он? Гроген достаточно подробно его описал.

— Да, вот именно! — яростно каркнул сторож, потрясая наспех соструганным осиновым колом. — Совершенно жуткий! Глаза, как у мертвяка, из клыкастой пасти кровь каплет, когти во! — разойдясь, возбужденный дед зажал дрын под мышкой и скрючил пальцы наподобие когтей. — Упырь, как есть упырь!!!

— Да вы тут все Стокеров перечитали, что ли?! Вам лечиться надо: в каждом больном Трансильвания мерещится… — из мрака выступил смертельно усталый Гарри с горестным выражением в глазах.

Обернувшись, волшебники молча расступились, снимая шляпы и береты, пропуская Соломона и Брайана с носилками. Лежащее на них тело было накрыто плащом друида… Да, все их усилия и действия оказались напрасными. Болезнь взяла верх. Ричи успел увидеть своих спасателей — слабо улыбнулся им, выросшим на пороге склепа, глубоко вздохнул, выдохнул и больше не дышал. Умер с облегчением, зная, что его нашли, что он не одинок.

Отчаянно зарыдала Гермиона. Её плач развеял последние подозрения среди жителей поселка — ибо если над кем-то плачет дочь или жена, то разве может усопший быть чем-то вымышленным? И тем более — чудовищным?..

— Гроген, мне кажется, тебе пора завязывать с работой на кладбище. Черти уже мерещатся… — глубокомысленно изрек глава. Сторожу, к счастью, хватило ума не протестовать, он стоял, уныло опираясь на так и не пригодившийся осиновый шест, и молча провожал взглядом скорбную процессию с носилками.

Смерть профессора потрясла Гарри. Он знал Рихарда всего несколько лет, сколько-то раз видел, общался, понимал, что он неизлечимо болен и жить ему осталось недолго, но его гибель оказалась неожиданным откровением, ведь она объяснила одну из загадок истории. Происхождение вампиров в мире магглов, именно на таких основаниях в человечество проникла главная готическая сказка о кровососах. Много таких больных погибло в Средние века, когда суеверные люди находили в склепах и подвалах страдающих порфирией бедолаг, которые спрятались туда, спасаясь от солнечных обжигающих лучей. Полуживые, еле шевелящиеся, порой даже в коме или парализованные, с изъязвленными лицами и потекшими глазами, с красными зубами, скрюченными пальцами — их вид вызывал ужас у непосвященного человека, и совершенно естественно было желание схватиться за кол и пронзить сердце страшного «упыря».

Настоящих вампиров простым людям, слава богу, не показывали сами волшебники, незачем магглам знать о них, ещё крышей поедут, с них и таких пока хватает… В будущем-то, конечно, люди разберутся и, разумеется, сами от себя окажутся в шоке — эк они темными были, порфиринов с гипертрихозами боялись.

Гермиона Хирш, у которой со смертью отца внезапно проснулась магия, вернулась в Хогвартс и стала самой страстной ученицей «прикольного» возраста, как тонко и емко обозначили её годы веселые студенты. Сама Гермиона считала, что это был последний подарок от папы, Гарри же, не понаслышке знавший о генетике, бдительно следил за молодой женщиной, запрещая ей принимать острые и жареные блюда, особенно чеснок. Мало ли… Порфирия — генетическая болезнь и вполне может передаться ей по наследству.

В августе Гарри стал участником ещё одного дела, которое хоть и косвенно, но тоже повлияло на историю. Ведь в прошлобудущем на памяти Поттера этого не было. За завтраком Дамблдор, расправляясь с омлетом, вполголоса сообщил Найджелу:

— В полдень к нам целитель из Мунго подойдет, нужна какая-то помощь от меня. Организуешь нам собрание? Он просил побольше знатоков собрать… — покосился на Гарри, поймал его любопытный взгляд и кивнул. — Ты тоже приходи.

В назначенное время Гарри с двумя десятками приглашенных пришел в актовый зал для лекций. Расположился в амфитеатре и стал наблюдать за дискуссией, потихоньку вникая в обсуждаемую тему. А она оказалась весьма серьезной — речь шла о жизни и смерти. Дождался Гарри и объяснения того, почему здесь находится маггл, которого привел с собой целитель из Мунго.

— Позвольте представить вам Уильяма Холстеда из Нью-Йорка, известного смелого и дерзкого новатора: доказал роль асептики во время хирургических операций, ввёл в обиход использование резиновых перчаток и смог убедить коллег в необходимости стерилизации всех инструментов. За это мы наравне с мировым медицинским сообществом очень его уважаем. Так вот, доктор Холстед подтвердил мою теорию — графиню К. нужно кесарить. Самостоятельно тройню она не сможет родить.

Зал загудел. Послушав возмущения замшелых мастодонтов, Гарри поморщился, поднялся со своего места и спустился к кафедре. Занял позицию подле Брайана, всем своим видом выражая согласие. Видя это, брюзжащие старики и аристократы немедля заткнулись, всё-таки авторитет де Нели был достаточным в определенных кругах. Тот, замечая назревающий к себе интерес, что-то шепнул на ухо Брайану, так же внимательно выслушал его ответ в свое ухо, откашлялся и заявил:

— Согласен с докторами Прюэттом и Холстедом. Мадам нужно кесарить, иначе ни она, ни двое из трех её малышей не выживут. Я знаю, о чем говорю, к сожалению, — и Гарри траурно склонил голову.

— Я… Я не понял, — вне себя от ужаса забормотал в ряду гостей представительный маг с густыми бакенбардами. — Это что же, моя жена не сможет родить? Она погибнет родами и унесет с собой двух деток? — В последнем предложении явно прозвучали слезы, и Гарри с сочувствием глянул на него.

— Да, сэр, мне очень жаль… Но в своем видении я именно одного и вижу: однорукого, одноглазого и с одной ногой.