Я, разумеется, сначала не поверил. Но стоило мне ввести фразу «разновидности Демонов из Разлома», как сердце убежало в пятки. Десятки лет опыта, накопленные в бесконечных сражениях. Риски и потери солдат. Вся информация, которую мы собирали годами, была выдана в виде текста и картинок за секунду.
— Это невозможно.
— А вас легко удивить, — улыбнулась Светлана.
Я не ответил. Уткнувшись в мобильник, свалился на кровать и принялся искать всё, что меня интересовало в этом мире. Первым делом ввёл в запрос шесть фамилий. Хотел узнать, как поживают рода Великих Гвардейцев. И, к моему удивлению, все эти дворянские рода до сих пор существуют.
Затем любопытство подтолкнуло поискать информацию о себе. И, о Боги, про меня написаны десятки книг, сняты несколько документальных фильмов. На душе потеплело от того, насколько люди восхваляют образ Феникса. Есть даже культ моей личности. Боготворят спасителя, большего и не скажешь.
Насладившись вдоволь и подняв самооценку, вернулся к поиску. Принялся перебирать все интересные темы, случайно заглянул в социальную сеть, где залип на полчаса, рассматривая непонятные, но крайне увлекательные ролики. После перешёл на политически материал. Поглядел на Императора и узнал в нём копию его предка.
И всё это время меня не покидало чувство восторга. Невероятно!
Оторвался я от экрана только когда тот внезапно потух. Аппарат выключился самостоятельно. Я поднялся и вернул его Светлане.
— Сломался.
Помощница не ответила, она лишь воткнула в отверстие аппарата проводок и вернулась к поиску жилья. А я поглядел на часы и раскрыл глаза от удивления. Три часа в интернете прошли как секунда.
— Господин, я нашла хороший вариант, — отозвалась она спустя десять минут. — Дом два этажа, находится неподалёку от центра города. Хорошая транспортная доступность и опрятный вид. Ежемесячная оплата тысяча рублей. Берём?
— Тебе виднее, — пожал я плечами, кладя на стол нужную сумму. — Ты поезжай договариваться, располагайся. Я пока соберу вещи и дождусь Марию. Только комнату себе не выбирай. Кто платит, тот и выбирает.
— Как будет угодно, — Светлана встала и вышла из пещеры.
Я оглянулся, с улыбкой оглядывая затхлую берлогу. Думаю, это место запомнится мне на всю оставшуюся жизнь.
Принявшись собирать свои вещи, понял, что кроме пары протёртых до дыр тряпок, издали напоминающих футболки, и двух пар не менее свежих носков у меня ничего и нет. Поэтому первым делом выбросил их на помойку. Благо идти два метра. Решил, что достаточно кинуть в сумку только документы.
С вещами сестры ситуация была похожая. Бедняжка носила растянутые вещи, купленные явно в далёком прошлом. Вид их был, мягко говоря, не лучший. К тому же, память подсказывала, что сестра ходила на работу в одном и том же годами, в то время как её сверстницы красовались новыми нарядами.
Единственное, что могло привлечь моё внимание, это старенькое пальто, к состоянию которого сестра явно трепетно относилась. Память подсказывала, что эта вещица очень ей дорога.
Из дома я выходил с лёгким грузом на правом плече. Потрёпанная сумка с порванной лямкой собрала в себе буквально все наши пожитки. Заглянув в мини-маркет, где работала Маша, оставил на полу сумку и помахал рукой.
— Привет, сестра!
Маша вышла из-за прилавка, оглянула меня с головы до ног и склонила голову набок.
— Ты куда собрался? — задала она очевидный вопрос. — Если накосячил и решил своевольно покинуть дом, поспеши объясниться.
Я закатил глаза, подошёл к сестре на метр и указал пальцем на её тонкий носик.
— А что у тебя это на носу? — спросил с улыбкой на лице.
— Что? — взглянула она на себя в зеркало. — Сопля?
— Новый дом! — выпалил я, а затем подобрался. — Точнее, переезд в новый дом. В общем, ты меня поняла.
У сестры дёрнулся глаз. Она застыла в одном положении — глядя на тянущего лыбу брата и не понимая, шучу я или говорю серьёзно. Я же в свою очередь взвесил сумку и поиграл бровями. Так и стояли, пока Маша не тряхнула головой.
— Постой, ты серьёзно?
Я кивнул.
— Мы переезжаем, — на губах моих появилась улыбка. — Больше никаких помоек, насильников, пьяниц и наркоманов. Только ты, я и новый дом.
— Ох… — выдала Маша растерянно.