— Рада была помочь, господин, — отозвалась помощница.
Дальше ехали молча.
Первые полчаса пути змейка асфальта петляла меж зданий, но затем мы выехали на широкий тракт. Особняк наш находился почти на окраине, поэтому, когда высотки остались позади, мы словно попали в другой мир. Небольшие поместья с разбитыми вокруг участками, редкие и аккуратные.
Наш дом показался вдали уже через десять минут, стоило выехать из центральной части столицы.
Когда Светлана затормозила, перед нами возвышался купленный мной недавно довольно солидный особняк, который сверкал большими окнами. К дому вела комфортная дорога, по краям которой гнездились стройные туи. По окончанию пути они расступились, как бы беря в кольцо придомовую территорию с небольшим бассейном посередине. Минуя все эти красоты, мы оказались напротив входа.
Открылась дверь, и на меня с распростёртыми объятиями бросилась бабуля.
— Внучек!
— Баба Авдотья? Уж кого не ожидал увидеть, так это вас, — с удивлением приветствовал я, обняв крепко старушку. — Неужто вас так скоро разжаловали?
— Разжаловали, Костенька! — качалась она со мной в такт, не ослабляя хватки. Даже чмокнула пару раз в щёку. — Как только господин узнал о вашем желании забрать меня, так сразу приказал собрать вещи! Сказал, внукам я нужнее!
— Нужнее, а как иначе? — улыбнулся я, наконец отпрянув от бабушки. — Что же, пригласите в дом, или так и будем на пороге стоять?
— Ох, ну что ты говоришь, Костенька! — Авдотья Викторовна улыбнулась. — Заходи, родной. Заходи. Я тут наготовила, пока ты в пути был. Проголодался поди, мальчик мой?
— Я как тебя, бабуль, увидел, сразу есть захотел!
Проходя в дом, я с вопросом посмотрел на Машу, фигура которой выплыла из-за спины бабули. Сестра пожала плечами и кивнула, приглашая. Видимо, она тоже не думала, что бабуля всё это время была на низком старте. Неужто столько времени в служанках провела, что была рада любой возможности стать свободной дамой? Или тут снова замешаны хитрые игры Голенищевых?
— Проходи, родной! — бабушка Авдотья обхватила мою руку и повела на кухню. — Мы тут с Машей столько наготовили к твоему приезду!
Минуя просторный коридор с высокими потолками, я оказался на не менее просторной кухне, в которой пахло… м-м-м. В которой пахло невероятно!
— Ох, баб Авдотья, — хлопнул я по животу, присаживаясь. — Накладывай как в последний раз. И на голубцах не скупись. Не скупи-и-ись!
— Наказал вас Господь, да вот не сказал, за что, — качая головой, вздохнула старушка. — Кушай, милок. Кушай.
— Бог терпел, и нам велел, — киваю, набивая рот громадным голубцом.
— Слишком набожный какой-то разговор, не находите? — Маша прервала нашу дуэль. — Может, обойдёмся без этого? Лучше скажи, Кость, ты слышал о том, что Орловы неподалёку от нас особняк купили?
Я дёрнул бровью, голубец чуть-было не выпал изо рта.
— Да ладно?
— Во те на, — сложила руки на столе Авдотья. — Это те самые Орловы, которые Павлуше моему угрожали, да?
— Да, бабуль, — кивнула Маша.
— Ну ничего, Павлуша как дела закончит в Новгороде и к нам переберётся, Орловым этим мало не покажется, — пригрозила она пальцем в окно.
Я поглядел на Машу. Та лишь прикрыла глаза. Видимо, всё же решила не травмировать бабулю и сказала ей, что с сыночком её всё в порядке. Что ж, решение логичное.
— Орловым, видно, боязно оставаться в Новгороде, — хмыкнул я. — Последние их успехи связаны с нами. Где кормушка, там и они.
— У них ничего другого не получается, как к более сильным родам подмазываться. Как оно началось с Романовых, так и продолжается, — отмахнулась Маша. — Их хлебом не корми. Как только поманишь ручкой, прибегут.
Сравнила нас с Романовыми? Умеет ляпнуть.
— В этом есть и плюсы, — пожал я плечами. — Дворяне под рукой, готовые плясать под твою дудку. Почему бы и не воспользоваться?
Маша не ответила, но, скривив губы, дала понять, как относится к Лидии Александровне и всей семейке Орловых в целом. Дальше разговор зашёл на более приземлённые темы. Бабуля пару раз намекнула, что Машу пора бы и замуж выдать. Мы, говорит, люди не последние. Имя у нас есть.