Рози, хотя ей нужно было вот-вот выходить на сцену, отыгрывать поиски блудного муженька, кинулась к Жаклин с флаконом нюхательной соли.
− Вы сможете продолжать? – спрашивала она. – Может стоит остановить спектакль?
− Ни в коем случае! – ответила Жаклин, морщась от резкого запаха. – Я в порядке!
− Ну, смотрите у меня! Сейчас будет антракт – у вас будет время полежать двадцать минут за ширмой в гримерке. Очень советую сделать это! На вас лица нет!
С этими словами ураган по имени Рози сорвался с места. Со сцены донеслись пронзительные крики:
− Где мой муж? Ах, где искать его? Он с дамой удалился? Вот негодяй, подлец и интриган!
Шален ободряюще похлопал Жаклин по руке, улыбнулся и сказал:
− Прошу меня простить, мой выход. Я должен поддержать неподражаемую Валенсо!
Жаклин слабо улыбнулась ему и произнесла:
− Идите, конечно! Было бы совсем прекрасно, если бы эта поддержка распространилась не только на сцену. Вы не представляете, какая она замечательная!
Джейд, не оборачиваясь поспешил на сцену, на ходу бормоча:
− Очень хорошо представляю!
Через пару мгновений девушка услыхала как его реплика летит в зал:
− Ах Изадора! Ну зачем так кипятиться? Я здесь, готовый пасть к твоим ногам!
Жаклин перестала прислушиваться, повторяя про себя свои слова. В следующей сцене она должна была объясняться с королём-Шульманом. Простая девушка Франзина исчезла, теперь перед зрителями должна была предстать Великосветская Франзина, жеманная, разряженная, под маской вычурного макияжа. Отныне она куртизанка, принимающая только очень знатных клиентов – с лёгкой руки герцога Швабского.
Нужно же переодеться! Жаклин метнулась в импровизированную гримёрную – уголок, отгороженный двумя ширмами от большого пространства за сценой. И вот наступил он – непредусмотренный момент! Рози, была занята на сцене, больше не у кого было просить помощи в переодевании и накладывании грима. Следующий выход был Жаклин. Она сжала кулаки и посмотрев на растерянную девушку в лёгком романтичном платье, взглянувшую на неё из зеркала, сказала:
− Ну вот и пришел черед доказать, что ты не зря преподавала искусство рисования мандал. Да и тётины уроки придутся кстати!
Она штурмовала вычурное пурпурное платье Франзины словно пехотинец цитадель, но тут же поняла: всё равно без посторонней помощи не обойтись. Самостоятельно затянуть корсет, с шнуровкой на спине, невозможно. В кринолине и нижней кружевной сорочке, она выглянула за ширму. Неподалёку нервно расхаживал взад-вперёд Шульман – выступление перед полным зрительным залом давалось ему тяжело.
Затолкав стыд как можно дальше – иного выхода-то не было! – Жаклин позвала тихонько:
− Патрик! – и для верности помахала рукой.
Он резко обернулся и заметив девушку остановился.
− Иди сюда! – Жаклин замахала рукой интенсивнее. – Помоги пожалуйста!
Даже под густым гримом на лице парня читалось сомнение.
− Я не уверен, − забормотал он, но девушка взмахом руки отмела сомнения.
− Без тебя я не справлюсь! – твёрдо сказала она и развернулась спиной к растерянному парню. – Затяни пожалуйста корсет!
Патрик не стал комментировать, а тут же взялся за шнуровку. Он умело подтягивал шнурок и тянул за концы, оставляя девушке место для вдоха. Пока он возился, Жаклин в зеркало рассматривала его лицо, стараясь разглядеть под гримом выражение.
− Не жмёт? – спросил он, связывая шнурок и встречаясь со взглядом девушки в зеркале.
− Спасибо, всё хорошо. Из тебя бы вышла отличная горничная, − ответила она, улыбаясь, чтобы скрасить неловкость.
− Сомневаюсь, − без улыбки ответил Патрик, и вдруг нежно провёл пальцами по шее девушки, плавно спускаясь по позвоночнику всё ниже, до самого края корсета. – Если переживу сегодняшний спектакль, зови развязывать.
− Надеюсь, больше твоя помощь не понадобится, − невзирая на старания, щёки девушки тут же заалели. – Рози освободит меня.