— Ну-у, так дела не делаются, — старательно обиделся Бабах, но тут же нашелся с ответом. — Ладно, будешь должен!
— Угу… — поддакнул Николай, облегченно выдохнув. — Слушай, а что за собакоголовые и чего гоблины их не любят?
— Блин, да ты чего? Тебя не били, нет? — снова прищурился собеседник. — Помесь волков и степных троллей. Мародеры южных земель. Они же гоблинские склады разоряют, воруют, убивают. Раньше их на Лианоре не было, а недавно нагрянули откуда-то толпами. Без пространственной магии тут точно не обошлось. Ладно, заболтался я тут с тобой, лететь надо!
— Слушай, Трах-Бабах… А тебе случайно напарник не нужен? — поинтересовался Бензобах, разглядывая дирижабль и спешно соображая, чем бы завлечь прожженного барыгу.
— Хитрый, да? — снова прищурился гоблин. — Просто так катать не буду. За проезд заплатишь?
— Да, не-е… — улыбнулся Бензобах. — Ты не понял! Я это, как его, слесарь. Ну, мастер. Техник. Короче, могу чинить сломанные устройства… Или модернизировать!
— Чего-о? Модер-ни-зи-ро-вать? А-а, так бы сразу и сказал! — услышав незнакомое слово, обрадовался Трах-Бабах, довольно потирая ладони. — А что это значит?
— Это Барриса Чака! — представил меня Тун-Бахар, огромному орку в темно-серой броне. — Он великий воин, исполняет волю предков! Могучий артефакт призвал Чаку в наш мир… А это Большой вождь клана Боевого Молота, Ду-Хаст.
У меня тут же в голове вспыхнуло продолжение:
Ду
Ду-Хаст мих
Ду-хаст ми гефрагт
Я тряхнул головой, прогоняя немецкое наваждение.
После того, как я очнулся и немного пришел в себя, Тун-Бахар дал мне набедренную повязку и волчью накидку, объяснив тем, что голым я ему не нравлюсь. И вообще, это неприлично идти через всю долину без одежды.
Сам процесс моего переодевания я опущу, особенно с дикобразом получилось неудобно. Но по итогу, я почти ничем не отличался от других орков. Ну, разве что красноватая кожа и покрытая черными пятнами морда.
Шаман предусмотрительно приказал Руну покинуть пещеру, не решившись оставлять его одного во второй раз, а сам, через парадный выход сопроводил меня к вождю клана.
Пребывавший в не самом лучшем расположении духа, вождь Ду-Хаст встретил мое появление довольно холодно, но противиться Великому шаману, а тем более при подчиненных не стал. Он с недоумением смотрел на мою перемазанную краской харю и явно пытался понять, что означает эта боевая раскраска.
— Что за татуировки на морде? — не выдержав, поинтересовался он. — Не похоже на боевые!
— Скандинавский рецепт борща! — невозмутимо ответил я, пожав плечами.
Почти сразу мы обменялись крепкими рукопожатиями, больше похожими на соревнования — кто кому быстрее руку сломает. Вождь уважительно хмыкнул и указал на место у костра.
Когда он поинтересовался, откуда я пришел, случился казус. Опять-таки из-за моего ломанного языка.
— Моя лететь из дом бабах! — проревел я, спешно придумывая историю своего появления. В процессе этого я сообразил, что объяснение получилось совершенно кривым, поэтому спешно добавил. — Моя идти крушить врага!
По глазам вождя и окружавших его воинов, я понял, что меня посчитали странным, но Тун-Бахар оперативно объяснил, что пока я «летел» в их мир, ударился головой. Поэтому забыл слова. Вождь объяснение принял, но вряд ли оно его переубедило.
Тут я вспомнил, что пока мы двигались к жилищу вождя, Тун-Бахар что-то говорил про особый обряд, где духи предков смогут помочь с моей проблемой речи. Меня это сразу заинтересовало, только вот сам шаман почему-то резко сменил тему.
— Великий вождь, я хочу оставить Баррису у себя! — обратился к Ду-Хасту Бахар. — Мне нужно многое обсудить с ним, а то духи разгневаются! Разрешишь?
— Разрешаю! — с готовностью отозвался Ду-Хаст. Класть он хотел на великого воина имени меня, а вот против каких-то уважаемых духов, он не пошел. Грубо говоря, меня просто спихнули, чтобы под ногами не мешался и не совал нос не в свое дело.
После короткой беседы, где мне предложили выпить орочьего грога, мы покинули логово вождя и отправились вниз по долине, где был организован настоящий пир.
Тун упомянул, что у орды сегодня особый день, и ему, шаману, предстоит выбрать себе ученика, а это событие имеет особое значение. Событие давно переросло в массовые празднования, а большая часть орков уже позабыла о главной цели праздника. Повсюду горели костры, жарили мясо. Воины пили грог. Тут и там грохотали боевые барабаны, а воины-орки соревновались в силе, меткости и выносливости.
— Оркав многа! — восхищенно произнес я, увидев, что их здесь собралось несколько сотен, а может и тысяч. — Эта харашо! Враги есть?
Шаман в трех словах объяснил, что враг у них только один — раса уреев. Кто они такие я не понял, но про себя окрестил их евреями.