— Нет, таки он тебя решил спалить! — не унимался Моня.
— Погоди, Моня, — вдруг сообразил я, — Епифан же не знает ничего, даже имен наших. И не знает, что делать и что говорить. Потому и ждёт от меня указаний.
— И как ты собираешься ему суфлировать? — спросил Енох.
— Да! Ты же спалишься сразу, — добавил Моня.
— Вы правы, — кивнул я, — но Епифана надо выручать, а то он сейчас такого нагородит, вовек не отделаешься.
— И что же делать? — спросил Енох.
— Да я и сам не знаю, — раздраженно пожал плечами я.
— Всё просто! — просиял Моня, — я-то могу ему суфлировать. Меня никто не услышит.
— И я могу! — возмутился Енох.
— Я первый сказал! — сварливо воскликнул Моня.
— А я лучше знаю, как надо! — парировал Енох.
Тем временем, ситуация набирала обороты: Гудков и дознаватель наседали на Епифана-Зубатова, а тот только хлопал глазами и не мог сообразить, что отвечать.
— Дело дрянь, — констатировал Енох и устремился к нему.
— Я первый был! — рассердился Моня и полетел вслед за ним.
Мне оставалось лишь прятаться и наблюдать, чем дело обернется.
— Расскажите, как вы с потерпевшей оказались здесь? — велел дознаватель, а его помощник, толстяк в форме, приготовился записывать.
— Скажи, что Ирина пригласила тебя в ресторан, чтобы поговорить, — подсказал Енох.
— Нет, скажи, что ты сам её пригласил! — перебил Еноха Моня.
Епифан-Зубатов нахмурился и выдал:
— Это Ирина. Мы с ней посетили ресторан.
Ну ладно, хоть так.
— А чья была инициатива? — не унимался дознаватель.
— Обоюдная, — быстро ответил Епифан-Зубатов, не дав моим призракам сказать ни словечка.
— Как долго вы были знакомы с гражданкой Курочкиной? — опять спросил дознаватель.
Тут уж Епифан-Зубатов поднял взгляд на призраки. Но они, словно сговорившись, оба отвернулись.
Вот гады! Знают, что сейчас ни я, ни Епифан-Зубатов ничего им сделать не могут и начинают. Но ладно, козырь в рукаве у меня есть.
— Мими, — шепнул я, — пни этих придурков, Еноха и Моню, чтобы дурака не валяли. Пусть подсказывают нормально.
Мими серьёзно кивнула и, прижимая безголовый кукольный трупик к себе, попёрла прямо на призраков.
— Ох! — сразу понял Енох, — мы же подсказываем!
— Надо ж было сформулировать! — добавил Моня и быстро сказал Епифану-Зубатову, — с момента появления в Хлябове Агитбригады. Примерно около недели.