Я хотел сказать, чтобы поосторожнее, но не успел.
— Сейчас всё задание завалит, — злорадно сказал Моня.
Но я не стал ему отвечать и одноглазый опять надулся:
— Ты к Еноху благоволишь. А вот ко мне предвзят! — выпалил он и пошел к избушке.
Я заторопился следом. Ведь вспугнёт, кто бы там ни был.
У забора появился Енох с выпученными глазами и сказал:
— Там дедок какой-то. Странный.
— Почему странный? — удивился я.
— Сам посмотри! — сказал Енох и просочился сквозь стену.
Мы с Моней-Зубатовым открыли хлипкую калитку и вошли во двор. Моня попёрся сразу к двери, а я обратил внимание, что весь двор густо зарос глухой крапивой и мятликом.
— Что не так? — спросил Енох, заметив, как я рассматриваю двор.
— Здесь никто не ходит, — тихо сказал я. — На траву посмотри.
— Ну так может потому, что старый он, болеет.
— И что? Даже в нужник не ходит? Воду не носит? — хмыкнул я и пошел вслед за Моней.
Моня постучал. Но на стук никакого отзыва не было.
— Глянь, что там! — велел я Еноху и тот опять просочился внутрь.
Моня загрюкал опять.
— Ну что? — спросил я, когда Енох появился.
— Напугался дед, — ответил тот, — сидит на печи, съежился весь.
— Пошли! — велел я Моне, и мы вошли в дом.
— Здорово, дедушка! — громко сказал я. — Не пугайтесь. Комсомольцы мы. Из Хлябова. Агитацию проводим.
Из-за печи послышался надсадный кашель.
— И вам подобру-поздорову, — замызганная занавесочка дёрнулась и из-за неё опасливо показалась заросшая седой щетиной голова со всклокоченными нечёсаными волосами, сбитыми в колтуны.
— Вы тут живёте, дедушка? — спросил я.
— Агась, туточки и живу, — закивал дед. — Всю жизнь живу. Хохотуевские мы. И отец мой здесь, в Хохотуе, жил. И дед жил. Бабка, правда, пришлая была, из Калиновки.
— Один живёте? — опять спросил я.
— Агась, один, — словно китайский болванчик, закивал старик, — как Глафира моя переставилась, царство ей небесное, так один и живу. Сперва Марфа, кума, хотела со мной жить. Но я не пустил. Неча!
Моня хмыкнул, явно не разделяя аскетического мировоззрения старика, но я быстро задал следующий вопрос, пока он не влез с неуместными комментариями:
— А недавно не слышали ли чего необычного? Ничего в деревне не случалось?
— Недавно, это когда? До или после Революции? — задумался старик.