Холоп-ополченец. Часть II: читать начало книги онлайн

Михайла тоже рассердился.

– Черт с ним, с царем тем! Он об русских людях никакой заботы не имел. Дожидайся от него, чтоб он холопам волю дал. Как бы не так!

– Э! Ты вон про что! Болотникова, видать, никак не забудешь. Ну, на холопов-то тому царику, ведомо, наплевать. Лишь бы до Москвы добраться.

– То-то он ляхам пятки и лизал, – сердито пробормотал Михайла.

– Ну, ты про поляков-то не больно язык распускай. Как Владислав на Москве царем станет, за такие речи и за приставом насидишься.

– Чего брешешь! – оборвал его Михайла. – Еретик же он. Чай, у нас православный патриарх есть. Али он благословит?

– Ты про какого патриарха? – засмеялся Вдовкин. – Патриарх Филарет, еще как ты в Тушине был, с королем Жигмунтом договор писал, чтоб он сына Владислава на Московский стол отпустил. А ты и не знал?

– Брешешь ты все! вконец рассердился Михайла. – Как то может статься? Еретика!

– Окститься-то долго ли, перебил его Вдовкин. – Верно тебе говорю, дурень. Грамотин ему и статьи писал. Грамотина знаешь? Дьяк.

Михайла кивнул.

– То мы с ним и на Москву прикатили поразведать, как тут московские люди насчет Владислава помышляют.

Михайла насторожился.

– Ну? – поторопил он Вдовкина.

– Ну, черный народ, видал, как Скопина встречает. Да то дело малое. Кто на их глядеть станет? А бояре, что против Васьки, те ничего. Им Владислав способней. По крайности, меж собой грызни не будет. Главная помеха тут Скопин. Принесла его нелегкая не в пору. И не так сам он, как города. За ним, вишь, все северные города потянулись. В Вологде-то – слыхал – чего было? Под корень всех поляков побили, по иным городам гонцов шлют, чтоб гнать поляков и за Москву всем стоять.

У Михайлы глаза заблестели.

– Вот то любо! – вскричал он. – Как бы мне до тех гонцов добраться? Не знаешь? – спросил он Олуйку.

– Добраться-то не хитро. Они больше в Китай-городе становятся, у Карпа Лукича или у Патрикей Назарыча. Они у посадских тут первые люди. Еще к Болотникову приезжали. Памятуешь?

Михайла кивнул.

– А ты мне не укажешь, где они живут? – спросил он Вдовкина. – Я-то впервой на Москве.

– Почто не указать? Труд не велик. А только зря это ты до посадских добираешься. Все одно дело решать бояре станут. И патриарх Филарет Никитич до их нас Грамотиным послал. Чтоб с ими совет держать и приговор писать Владиславу королевичу челом бить, прибыл бы он скорым поспешением на Москву. Мы уже с которыми боярами держали совет. Хошь, я тебя к какому-нибудь сведу. А то, гляди, с голоду пропадешь на Москве. Так, коло бояр, все прокормишься и сокольничего своего прокормишь. Хошь к Воротынскому князю? Он тут большие дела вершит…

– К Воротынскому! – крикнул Михайла. – Да пропади он пропадом! Ишь нет на его погибели. Веди до посадских. А нет, сам пойду искать. С княжатами нам не по пути. Вишь, они до ляхов приклониться норовят. Нагляделся я на ляхов. От их добра не жди. Им русский мужик – хуже пса смердящего.

– Дурень ты, Михайла, как я погляжу! Тебе-то какая печаль? У кого голова на плечах, тот и коло их руки погреет.

– Тьфу! – с сердцем отплюнулся Михайла и, не отвечая, зашагал вперед.

– Ну, идем, что ли, – махнул рукой Олуйка. – Пожалеешь человека, а он плюется. Истинно дурень! Я тебя к Патрикей Назарычу, коли так, сведу. Он попростей, да и посмекалистей будто.

Вдовкин уверенно шагал по узким, кривым уличкам.

Михайла с удивлением оглядывался: ему бы никогда не выбраться отсюда – хуже, чем из лесу.

– Ну вот, – остановился наконец Олуйка. – То и есть Патрикея Назарыча двор. Прямо в ворота и ступай. У него запрету нет. Всякого примет. Ну, а я в Белый город пойду, к Воротынскому князю. Мы там с Грамотиным пристали. Хошь – приходи.

Михайла с удивлением посмотрел на Вдовкина. Ему казалось – все должны знать, что ему к Воротынскому ходу нет. Слава господу, что Москва сильно велика. Тут потонешь, что камушек в реке, никто и не разыщет.

Олуйка кивнул им и вдруг заметил, что Степка ухмыляется, поглядывая на Михайлу.

– Ты чего зубы скалишь, сокольничий? – окликнул он его.