Синвон медленно поднял голову и нежно коснулся лба Соран своим. От неожиданной близости Соран вздрогнула и отпрянула, когда Синвон прошептал:
– Я тоже запутался.
Закрыв глаза, он снова приблизился и вдохнул запах Соран.
– Потому что ты пахнешь совсем как она.
Соран широко распахнула глаза, осознав, что губы Синвона оказались маняще близко от ее губ. От волнения ее сердце заколотилось. Если все будет продолжаться в том же духе, то…
Глава 13
Ура! Получилось!
Если все будет продолжаться в том же духе, то…
Чувствуя себя совершенно беспомощной, Соран крепко зажмурилась. Последовал глухой звук – это Синвон легонько стукнул ее лоб своим.
– Ай! – Соран потерла лоб и подняла взгляд на Синвона.
– Ты предложила нам быть друзьями, а теперь закрываешь глаза?
Раздраженная игривым тоном, Соран резко ответила:
– Почему ты обнюхиваешь людей?
– Потому что мне это нравится.
При этих словах у Соран екнуло сердце. Нравится? Синвон хочет сказать, что ему нравится ее запах?
– Возвращайся в постель. Не бойся, я буду сторожить твой сон. Могу даже подоткнуть тебе одеяло, – шутливо предложил Синвон.
– Нет нужды. Я никуда не убегу, поэтому иди домой и поспи.
– Это очень мило с твоей стороны, но я здесь потому, что беспокоюсь о тебе, а не из-за приказа, – сказал Синвон, удобно устраиваясь на заборе.
Резко отвернувшись, Соран незаметно положила руку на сердце. Нельзя допустить, чтобы Синвон узнал, кто она такая. Узнал, что она – Е Хёнсон. Нельзя терять бдительность в его присутствии. Абсолютно, ни при каких обстоятельствах. Соран заперла свое сердце на ключ. Ей нельзя сближаться с Ли Синвоном.
Возвращаясь на следующий день с рынка, куда она ходила за чайными листьями, Соран увидела на главной площади оживленное представление. Веселые танцы в масках, захватывающее хождение по канату – это заставляло зрителей бросать артистам монетку-другую. Все от души смеялись над выходками шута и радостно хлопали, но Соран вопреки обыкновению не улыбалась и болтала, а хранила молчание. При виде ее каменного выражения лица Синвон, который сегодня снова играл роль носильщика, спросил:
– Что случилось?
– Ничего.
– Да ладно, по твоему лицу видно, что тебя что-то тревожит, – настаивал Синвон.
Соран тихо ответила:
– С виду они кажутся счастливыми, но жить кочевой жизнью очень тяжело.
Соран провела в странствиях целых семь лет, поэтому в первую очередь она подумала о тяготах жизни артистов, а не об их веселых танцах.
– Но теперь ты – владелица добропорядочного чайного домика. Ты нашла свое место. Пусть даже временно, но ты вошла во дворец. Разве это не доказательство успеха? Что же тебя тревожит?
– Нет, – тихо, но твердо сказала Соран. – Я вернусь.
Что? Сердце Синвона пропустило удар.
– Хочешь сказать, что вернешься к бродячей жизни?