– Мне нужно уладить кое-какие дела, а вы, барышни, отправляйтесь в жилые комнаты и отдохните.
Оставив позади Соран, продолжавшую кричать, словно овца на заклании, Кэи вышел из дома. Он прошел немного вперед и наткнулся на мужчину, который поил свою лошадь. Кэи зажег фонарь, и таинственный свет высветил профиль Синвона. Спокойное выражение лица, глубокое одиночество в печальных глазах… «Ах, этот мужчина действительно красив…» Кэи позабыл, что хотел сказать, и уставился на Синвона.
– Чем я могу вам помочь?
– Ничем. Я предсказатель Кэи и тружусь вместе с Соран в чайном домике «Адальтан». Мои способности к прорицанию настолько велики, что никто не смеет подвергать их сомнению.
– Неужели?
Старец Кэи откашлялся:
– Я хочу вам кое-что сказать. Если однажды вам доведется узнать чужую тайну, то сохраните ее.
Это было пророчество, касающееся Синвона.
– В противном случае человек, чью тайну вы узнаете, убежит далеко-далеко.
Что это значит? О какой тайне речь? Синвон выглядел озадаченным, поэтому Кэи продолжил:
– Ах, господин капитан, вы медленно соображаете. Речь о Соран. У этой девушки много тайн. Даже я, который провел с ней семь лет, не знаю их все. Поступки ее довольно своеобразны, однако речь не об этом.
– Иными словами, вы просите меня сохранить тайну Соран, если я ее узнаю?
– Именно! Наконец-то до вас дошло, господин капитан.
Синвон улыбнулся:
– На своем веку я повидал немало. Какие бы тайны ни скрывала госпожа Соран, я подчиняюсь приказу короля. Я не настолько глуп, чтобы раскрыть ее прошлое и ослушаться приказа.
«Твоя судьба уже предначертана – ослушаться приказа, глупец. Как бы то ни было, лучше не раскрывать слишком многое и закончить разговор».
– Хорошо. Если вы все понимаете, то беспокоиться не о чем. Приходите в «Адальтан» почаще, порадуйте мой взор. Знаете, я даже угощу вас ивовым чаем.
«Ивовым чаем? Неужто провидец знает, что некогда меня называли молодым хозяином ивового дома?» – подумал Синвон и недоверчиво посмотрел на старца Кэи, однако тот уже решительно отвернулся и продолжил путь, излучая холодную и благородную ауру.
Проснувшись на следующий день, Соран обнаружила, что в «Адальтане» собралась толпа.
– Что случилось?
Молва о том, что Соран побывала во дворце, разошлась по всему городу. Народ хотел знать только одно: когда же король женится и положит конец запрету на брак.
Попытавшись успокоить взволнованную толпу, Соран сказала:
– Я выполняю тайный приказ Его Величества и не могу разглашать подробности…
– Это связано с запретом на брак? – крикнул кто-то.
– Зачем специалисту в делах сердечных браться за иную работу? Просто знайте, что я занята делом крайней важности!
Куда подевалась Соран, которая вчера как одержимая повторяла: «Мне конец»? Хэён, всю ночь слушавшая ее бормотание, только покачала головой. Какая бравада! Что ни говори, а эта девушка – прирожденная аферистка.
Как только Соран закончила говорить, толпа зашумела. Собравшиеся надеялись, что король отменит запрет на браки, и делились своими печальными историями. Одни попытались сбежать со своими возлюбленными, за что на их лицах выжгли рабские клейма. Другие завели детей и теперь не могли зарегистрировать их в семейном реестре. Чьи-то братья или сестры тайно сыграли свадьбу, после чего их родителям было велено покончить с собой.
Истории были настолько душераздирающими, что нельзя было слушать без слез. Соран оказалась первой, чье сердце дрогнуло.
– История каждого из вас разрывает мне сердце! Я сделаю все возможное, чтобы выполнить тайный приказ короля и положить конец запрету на брак!
Теперь на Соран давил не только министр юстиции, но и народ. Точнее, она чувствовала не столько давление, сколько ответственность. Народ страдал из-за запрета на брак, поэтому у Соран не было другого выбора, кроме как довести начатое до конца. Во что бы то ни стало. После того как толпа разошлась, выяснилось, что в «Адальтане» закончились чайные листья. Нужно отправляться на рынок. Да, поскольку в будущем Соран часто придется отлучаться из чайного домика, следует сразу купить побольше заварки.