— Это… Это… — Старое лицо Юнь Чэ слегка покраснело, а уголки его рта скривились, а затем он с некоторым трудом произнес. — Тогда, когда мы встретились в Царстве Вечного Неба, когда тебе было пятнадцать лет, фактически… Всего на четыре года старше Усинь.
Шуй Мэйинь, — …
— Поэтому… — Горло Юнь Чэ свирепо булькнуло, — когда все закончится, когда я отведу тебя к Усинь, ты не должна говорить об этом. Вместо этого скажи, что тебе уже три тысячи лет!
Шуй Мэйинь моргнула и посмотрела на чрезвычайно серьезный, смущенный и немного обеспокоенный взгляд Юнь Чэ, невольно издав «пучи» снова и некоторое время смеялась, прежде чем утешительно сказала. — Хорошо, я понимаю.
Юнь Чэ бессознательно встал, держа в руке красный глазурованный камень, и снова ошеломленно замер.
— Мама также сказала мне сообщить отцу, когда он будет в будущем делать скрытные и необычные вещи с другими тетями, быть осторожным, и не касаться этого красного камня.
Слова Юнь Усинь звучали в его ушах, когда она «знакомила» его с красным глазурованным камнем, заставив его улыбнуться.
— Я чувствую, — внезапно он прошептал, — Юнь Усинь зовет меня, она хочет чтобы я пораньше ушел отсюда и пораньше воссоединился с ней.
Шуй Мэйинь тоже выпрямилась и оперлась на плечо, — должно пройти еще четыре-пять месяцев, прежде чем закроется Божественное Царство Вечного Неба. Поскольку ты так скучаешь по ней, давай выйдем раньше, чтобы сестре Хэ Лин не пришлось так много работать.
— Да! — Юнь Чэ кивнул и осторожно оставил красный глазурованный камень в руке, — я должен совершенствоваться только последние три недели, и я думаю, что мы уже должны в состоянии использовать его в совершенстве. В этот момент мы уйдем отсюда.
————
Для практикующих Северной области это были самые короткие двенадцать часов в их жизни.
Они прошли в мгновение ока.
Чуда не произошло, и глаза Чи Ву в этот момент тоже снова опасно похолодели.
— Это Царство Голубого Вала Десяти Сторон превратится в лужу крови. — Прошептала Цянь Инь`эр.
— Не забывай, что я говорила тебе раньше , — тяжело взглянув на Цянь Инь`эр, Чи Ву шагнула вперед.
— … — Цянь Инь`эр не ответила.
Вне формации Голубого Вала аура начала трепетать.
— Ваше Высочество, прошло двенадцать часов. — Лазурный Бог Дракон сказал.
— … — Лонг Бай, который молчал двенадцать часов и оставался неподвижным, медленно повернулся, его пара драконьих глаз метнулась на восток.
— Где Юнь Чэ?
Три коротких слова, но они были похожи на темные облака, накрывающие мир, темные и тяжелые, давящие на все Царство Голубого Вала.
— Царство Богов настолько обширно, и то место, где был Повелитель дьяволов, чрезвычайно далеко, десять или двенадцать часов, это просто предварительная оценка, и это нормально, что есть отклонения.
Голос и фигура Чи Ву приближались издалека, столкнувшись с небесной силой Императора-Драконов, ее тон оставался таким же отрешенным, как дьявольская бездна, — поскольку Император-Драконов ждал двенадцать часов, почему бы не подождать еще немного?.
— Император-Драконов, ситуация не правильная!
Бог Дракон Су Синь вдруг заговорила. — Если бы Юнь Чэ действительно мчался на полной скорости, его аура была бы выпущена в очень большом диапазоне. Но сейчас, в течение нескольких часов, я мобилизовала почти всех шпионов на границах Южной и Восточной Божественной области, обыскав бесчисленные окрестные звездные поля, и ни в одной из них не ощущался даже проблеск ауры Юнь Чэ.
— Скорее всего, они ждали здесь, но вовсе не для того, чтобы ждать Юнь Чэ! Скорее, используя некоторые специальные средства, чтобы узнать нашу позицию, а также о существовании пяти Высохших Драконов Почтенных и Города Драконов Неба и Земли, они знали, что не смогут сопротивляться и умрут караемые смертной казнью, использовали этот метод, чтобы развлечь нас, и выиграть достаточно времени, чтобы Юнь Чэ сбежал обратно в Северную Божественную область.
Хотя заявления Бога Дракона Су Синь не были реальным положением дел, они были правильными в целом.
После этой первоначальной, почти неконтролируемой ярости Лонг Бай давно успокоился. Но он сам сказал, что подождет двенадцать часов, и, как уважаемый Император-Драконов, он не отступиться от своего слова, даже если почувствует себя глубоко неловко после того, как успокоится.
Прошло двенадцать часов, но его колоссальное духовное чувство не чувствовало ауры Юнь Чэ. Слова Бога Дракона Су Синь в его ушах, заставили гнев вновь родиться в его сердце и душе.