— И, если конец окажется плохим, например, Юнь Чэ и Жемчужина Вечного Неба попадут в руки Лонг Бая, ты должна бежать еще дальше… Потому что с ненавистью Лонг Бая к Юнь Чэ он, скорее всего, не захочет немедленно убить Юнь Чэ. Ты, с другой стороны, будешь последним лучом надежды, потому что я знаю, что, пока ты выживешь, в один прекрасный день, ты обязательно сделаешь все возможное, чтобы спасти его.
— Если бы я могла, я бы предпочла, чтобы ты сбежала прямо сейчас. Но я знаю, что ты определенно этого не сделаешь.
Цянь Инь`эр нахмурилась и прошептала, — ты так хочешь, чтобы я сбежала… а ты?
Грудь Чи Ву колебалась, и голос ее был тихим и медленным, — я родилась в Северной Божественной области, дьявол, выросший во тьме, и даже получила дар тьмы, неся дьявольскую душу, унаследованную от древнего Императора-Дьяволов.
— Это было мое желание возглавить практиков Северной области, чтобы изменить их судьбу, и это была миссия, которую я должна был взять на себя, когда получила дьявольскую душу Нирваны. Однако вместо того, чтобы увести их сегодня, я направляю соплеменников Северной области… Направляя самую мощную родословную Северной области к исчезновению.
— Если они умрут, надежда Северной области погаснет навсегда. — Чи Ву закрыла глаза, — за это единственное преступление, я уже влачу жалкое существование и позор. И я могу умереть только вместе с ними.
— … — Цянь Инь`эр яростно шагнула вперед, ее золотистые глаза дрогнули, но она ничего не могла сказать.
— Не волнуйся, перед смертью я позабочусь, чтобы ты сбежала… — После короткой паузы она очень тихо прошептала, — я обязательно это сделаю.
Цянь Инь`эр собиралась заговорить, как вдруг сзади послышался громкий шум.
Бум!
В отличие от предыдущего грохота, на этот раз это был чрезвычайно страшный душераздирающий звук.
Белый шрам вспыхнул на защитном барьере Голубого Вала и распространился с предельной скоростью, и с первого взгляда казалось, как будто небосвод был разрушен.
Когда трещина поднялась, это означало, что формация Голубого Вала вот-вот рухнет.
Сильнейшая формация Южной Божественной области активированная на 30% сумела продержаться всего три четверти часа под натиском слишком страшной силы сотен Божественных мастеров.
В это время Божественный император Ваньсян и Император Ядовитого Дракона посмотрели друг на друга, а потом одновременно ударили, сила двух Божественных императоров направилась прямо к уже разрушенному защитному барьеру Голубого Вала.
— Разбить! — Взревели два Божественных императора.
Фигура Чи Ву бросилась вперед, — Янь И, Янь Сан!
Чи!
Две темные тени пронзили пространство и две высшие силы Владыки Яма набросились на формацию Голубого Вала изнутри, яростно столкнувшись с силами Божественного императора Вансяна и Императора Ядовитого Дракона по другую сторону формации.
Бум!
Темный туман наполнил воздух, ярость наполнила небо, и формация Голубого Вала, сопротивлявшаяся огромной силе, яростно изогнулась, как тонкая бумага, в то время как за пределами формации два Божественных императора Западной области одновременно издали заглушенный стон и были отброшены далеко, и когда их тела остановились, их руки онемели и болели.
Все в шоке переглянулись и уставились на две страшные тени в формации.
— Двое из трех предков Яма, скрытых под Костяным Морем Вечной Тьмы в Царстве Владыки Яма Северной Божественной области. — Лонг Бай сказал равнодушно, — все трое, вероятно, являются сильнейшими высшими темными силами.
— … Вот как. — Прошептал Лун Сан.
— Человек справа не уступает нам. — Сказал Лун У.
— В конце концов это грешные дьяволы, давайте избавимся от них всех. — Лун Си сказал.
В это время издалека донесся нежный голос, сжимавший сердце и искушавший душу, — как и ожидалось от Царства Бога Дракона, величайшие тайны моей Северной Божественной области, однако вы ясно знаете.
Голос был приглушенным, и фигура Чи Ву также переместилась по воздуху, стоя перед Янь И и Янь Санем, лицом к Лонг Баю.
— Императрица-Дьяволов! — Глаза Бога Дракона Алого Вымирания расширись, и все десять пальцев его рук одновременно сжались.
И самым неприемлемым для него было то, что, столкнувшись с Чи Ву, помимо его обиды… На самом деле был намек на ледяной страх, и как бы он ни старался, он не мог его развеять.