Таким образом, как наследники родословной Бога Дракона, было вполне логично, что раса драконов стала самой сильной расой в мире.
Однако “Бог Дракон” был божественным титулом, который раньше принадлежал только Первобытному Лазурному Дракону. Благодаря благословению Первобытного Лазурного Дракона, эти так называемые “боги драконов” были не более чем людьми, которые оскверняли имя Первобытного Лазурного Дракона перед Юнь Чэ.
Более того, если действительно существовал кто-то, кому нужно было дать титул бога драконов в нынешнюю эпоху, то единственным, кто действительно заслуживал этого титула, были не эти “боги драконы”, даже не Монарх Драконов. На самом деле, это был не кто-то из Царства Дракона… Это был именно он, Юнь Чэ!
Только он унаследовал родословную Первобытного Лазурного Дракона, душу и драконий мозг.
В тот момент, когда использованная драконья мощь Юнь Чэ приблизилась к Богу Пепельному Дракону, чувство гнетущего давления, которое распространилось даже на его родословную и душу, захлестнуло дракона. Он не испытывал ничего подобного раньше.
В этот самый неподходящий момент он вдруг понял, почему Монарх Драконов хотел взять в качестве своего приемного сына молодого практика, которому еще не исполнилось и тридцати. Кого-то, кто только достиг царства Божественного Духа.
Его решение отозвалось эхом в Царстве Дракона, и реакция тех, кто жил там, была в сто раз более интенсивной, чем реакция людей, живущих в Восточном Божественном Регионе. Однако Монарх Драконов ни разу никому не объяснил своего решения, в том числе и Девяти Богам Драконов.
- Аналогия, которую ты только что провел, очень хороша, – голос Юнь Чэ был скучающим, и казалось, что он восхваляет Бога Пепельного Дракона. – Итак, я мясник, а Восточный Божественный Регион был стадом сонных и самодовольных свиней. Затем…
Когда он приблизился к Богу Пепельному Дракону, его голос стал спокойным и мягким.
- Почему бы тебе не догадаться, что значит твое Царство Дракона для этого мясника?
Драконьи глаза Бога Пепельного Дракона задрожали, прежде чем он заговорил хриплым и напряженным голосом, и казалось, что он использовал каждую унцию силы воли и энергии, чтобы даже заговорить.
- Тебе… лучше… отпустить… меня… прямо сейчас…
Несмотря на то, что Бог Пепельный Дракон был в таком ужасном положении, даже если ему придется умереть, он не отпустит свою гордость, с которой шел по жизни все это время.
В этот момент Божественный Император Южного Моря медленно вышел вперед и дружелюбно заговорил:
- Демонический Повелитель Северного Региона, все мы были свидетелями лихих фигур тех, кто находится под твоим командованием, и мы все потрясены и поражены. Но теперь, когда все так резко обострилось, как насчет того, чтобы для начала отпустить его…
- Божественный Император Южного Моря, – голос Юнь Чэ был холоден, когда он обратился к Нань Ваньшэну, даже не повернувшись к нему. – Я думаю, что все присутствующие здесь были свидетелями того, насколько груб и высокомерен был со мной этот скромный дракон. Хотя я не знаком с правилами Южного Божественного Региона, в Северном Божественном Регионе, согласно моим законам, это непростительное преступление, грех, наказуемый смертью.
- Другими словами, это мое личное дело. Это не имеет никакого отношения ни к одному из вас. Надеюсь, никто из вас не хочет быть втянутым в это дело, верно?
Ни один из Божественных Императоров Южного Региона не издал ни единого звука.
Три Предка Ямы и два Предка Брахмы. Эти ужасные старые монстры, казалось, появились из ниоткуда, и там все еще были Цянь Инь и Гу Чжу, ожидающие в стороне. Сам Юнь Чэ был монстром от природы, более страшным и ядовитым, чем любой из этих стариков. Несмотря на то, что этот инцидент происходил в самом сердце Южного Божественного Региона, он не имел к ним никакого отношения. Так кто же осмелится ввязаться в это дело? Кто вообще захочет иметь с ним что-либо общее?!
Более того, если Северный Божественный Регион и Западный Божественный Регион полностью поссорятся друг с другом, это только поможет тревожному и беспокойному Южному Божественному Региону… Чем ужаснее будет выступление Юнь Чэ, тем лучше будет для них.
Император Южного Моря слабо улыбнулся.
- Естественно, у меня нет причин вмешиваться в личные дела Демонического Повелителя. Однако в настоящее время это происходит в моем Царстве Южного Моря, и Бог Пепельный Дракон также является почетным гостем, которого я лично пригласил. Кроме того, мое Царство Южного Моря всегда дружило с Царством Дракона. Я не могу просто стоять и игнорировать то, что происходит передо мной.
- Можешь ли ты проявить снисхождение к Богу Пепельному Дракону ради меня?
Несмотря на то, что он умолял о пощаде, тон Императора Южного Моря был совершенно нейтральным. В его голосе не было ни угрозы, ни искренности.
Молить о пощаде? С каких это пор ему, Богу Пепельному Дракону, приходилось молить кого-то о пощаде?
- С каких это пор высшему существу, вроде меня… вдруг понадобилось… чтобы такие, как ты, умоляли о снисхождении от моего имени!? – он стиснул зубы, когда сосуды полопались у него в глазах. – Юнь Чэ… ты действительно осмелишься… убить меня?!
- Ты вступился за него, и это уже можно расценить как акт величайшего милосердия и долга. Однако я отвергаю твою просьбу о снисхождении, – Юнь Чэ все еще не оборачивался. – Этого достаточно?
- Конечно, – с улыбкой ответил Император Южного Моря. После этого он отступил назад и больше не произнес ни слова.
Пурпурный Божественный Император двинулся вперед, чтобы встать рядом с Божественным Императором Южного Моря.
- Южное Море, неужели мы действительно позволим этому случиться…?