Все еще сжимая запястье Цянь Инь мертвой хваткой, он пробормотал:
- Янь Первый, убей его.
Янь Первый немедленно выполнил приказ. Черная ужасная рука появилась из ниоткуда и проникла в тело Цянь Фаньтяня, сокрушая его внутренности и уничтожая последние остатки его жизненной силы.
Короли Брахмы чувствовали, как их сердца сжимаются от горя, но никто не двигался и не произносил ни единого слова.
Свет в глазах Цянь Фаньтяня постепенно угасал… Как оказалось, в мире есть вещи, которые не могут быть преодолены даже абсолютной властью и тактикой. Он был побежден, но не чувствовал, что его поражение было незаслуженным.
Когда сознание начало покидать мужчину, и его тело начало неудержимо падать вперед… Он бросил последний взгляд на Юнь Чэ.
Это был взгляд едва заметной благодарности.
Как правитель Божественного Царства Брахмы, он никогда в жизни не испытывал таких эмоций… Потому что это была не та эмоция, которую должен иметь правитель.
Но в последний миг своей жизни он испытал это чувство к страшному врагу. Врагу, который в конце концов, довел его до смерти.
Хлоп…
Он упал в лужу собственной крови и перестал двигаться.
Прежде чем его сознание полностью угасло, он отправил послание Цянь Инь.
- Королева Демонов командует Ведьмами и Царством Души… Как ты собираешься ее победить?... Если ты одна… Инь’эр…
Зрачки Цянь Инь впервые сильно задрожали.
Аура и душа Цянь Фаньтяня, наконец, закончили исчезать.
Возможно, этот человек и сам не ожидал, что он – сильнейший Божественный Император Восточного Божественного Региона, закончит свою жизнь и свою эпоху… Таким образом.
Никто не подошел ближе к его трупу. Девять Королей Брахмы и старейшины Брахмы опустились на колени и снова поклонились Цянь Инь, чтобы выразить свою преданность и раболепие.
Цянь Инь медленно сжала пальцы, прежде чем стряхнуть руку Юнь Чэ. Она уставилась на его черные зрачки и холодно спросила:
- Почему ты помешал мне убить его?! Ты… Ты…
Юнь Чэ спокойно принял ее гнев и тихо сказал:
- Ты не должна жить только ради мести. Он этого не заслуживает, и… Я не хочу, чтобы ты вечно носила на себе оковы “отцеубийства”. Это не то бремя, которое кто-то должен нести.
Цянь Инь лишилась дара речи.
Юнь Чэ, несомненно, ненавидел Син Цзюе Куна до мозга костей. Тогда он мог разорвать последнего на миллион кусочков и все еще иметь больше ненависти, чтобы выплеснуть ее.
Но когда у него на ладони оказался совершенно беззащитный Син Цзюе Кун, он обнаружил, что не может собрать силы, чтобы убить его. Последние несколько лет он держал бывшего Божественного Императора замороженным в Изначальном Духовном Ковчеге, чтобы тот страдал каждую секунду своей жизни, но ни разу не попытался убить его.
Причиной было то, что Син Цзюе Кун был, в конечном счете, биологическим отцом Жасмин и Цай Чжи. Он просто не мог заставить себя стать убийцей их отца.
Цянь Инь ошеломленно замерла на том месте, где стояла, и не пришла в себя даже после того, как прошло много времени.
- Однако я нарушил данное тебе обещание, и в качестве компенсации… – Юнь Чэ бросил взгляд на отравленных Королей Брахмы и старейшин Брахмы: – ...Ты вольна решать их судьбы.
Если бы это было пятнадцать минут назад, Цянь Инь без колебаний уничтожила бы этих людей… В конце концов, они были собаками Цянь Фаньтяня, и тогда они пытались выследить ее и Юнь Чэ.
Но сейчас она не могла прийти к какому-либо решению.
- Госпожа, – тихо сказал Третий Король Брахмы, – Вы новый правитель, и в царстве нет никого, кто бы ослушался вас. Оба предка тоже будут рады вам.