Для Восточного Мороза это было благословением всей жизни – иметь возможность встретиться с Юнь Чэ. Но для Дунфан Хань Вэй… Это может быть несчастье всей жизни.
В конце концов, как можно довольствоваться обычным водоемом после того, как видел самое великолепное море?
В другом углу стояла еще одна девушка, которая ошеломленно смотрела на могучего мужчину на облаках. В отличие от Дунфан Хан Вэй, у нее были глаза, похожие на звезды, и она одновременно улыбалась и плакала.
Сейчас Юнь Чань было восемнадцать лет, и она стала молодой женщиной. Хотя она все еще была одета в белое облачное платье, как и раньше, ее детская невинность исчезла с возрастом. Темно-синие волосы девушки были уложены в парящую бессмертную прическу, а простые, но элегантные манеры придавали ей трансцендентный вид, который каким-то образом отговаривал людей от аморальных мыслей о ней. В ее глазах плясали радуги, а улыбка была прекрасна, как драгоценные камни.
- Ты хочешь встретиться с ним, Чань’эр? – спросил ее Юнь Тин. Он был так же взволнован, как и смущен всем происходящим.
Все, что случилось тогда, сегодня казалось почти сном.
Но Юнь Чань покачала головой, и это покачивание заставило маленькую слезинку скатиться с ее глаз. Все еще не сводя глаз с человека в небе, она тихо сказала:
- Еще нет… Но однажды… Однажды, он услышит обо мне.
Это была ее самая большая мечта, мотивация и желание в жизни.
- Не забывай о нашем обещании… Когда я вырасту… Когда я снова найду тебя… Я надеюсь, что твоя улыбка… Не будет такой грустной, как сейчас…
Ее глаза стали еще более расплывчатыми, когда она повторила слова, которые сказала Юнь Чэ давным-давно.
Будь то обитатели трех императорских царств или люди Северного Божественного Региона, все смотрели на Юнь Чэ, когда он остановился, достигнув вершины Храма Небес. Это был девятьсот девяносто девятый уровень, самый высокий храм небес, когда-либо созданный в истории Северного Божественного Региона. Ни одна коронация Божественного Императора даже близко не была рядом с этим, не говоря уже о том, чтобы превзойти.
Над Храмом Небес Юнь Чэ медленно обернулся и посмотрел на существ под своими ногами.
Был ли он Божественным Императором? Нет, он был выше их. Он был первым истинным Демоническим Повелителем, вошедшим в историю Северного Божественного Региона.
Однако в его глазах не было никаких эмоций. Он выглядел таким спокойным, что смотреть на него было все равно, что смотреть в темное озеро с бездонной глубиной.
“- Я не хотел становиться повелителем чего бы то ни было, но судьба не дала мне даже самого простого желания. Теперь, когда я стал повелителем тьмы, почему бы мне не поглотить эти грязные земли во тьме? С этого дня все живущие в Северном Божественном Регионе – мои инструменты и клинок. Кровь, смерть, ненависть, ярость, убийство, ужас, отчаяние… Я верну мир, который даровал вам всем своими собственными руками сотни и тысячи раз. Божественное Царство, которое я спас, которое забрало у меня все, не заслуживает ничего, кроме ада без света!”
Янь Тяньсяо взлетел вверх, пока не оказался на уровне талии Юнь Чэ. Затем он объявил властным голосом:
- Юнь Чэ, человек, которому лишь тридцать лет, является преемником небес, обладателем родословной Поражающего Небеса Императора Демонов и демонического искусства. Его демонические внутренние каналы и сила исчезли в этом мире, и никто не может соперничать с ним по статусу. Он – высший дар, который Поражающий Небеса Император Демонов, оставила нам, Северному Божественному Региону.
- Мы, царство Демонов Ямы, Царство Души и Царство Пылающей Луны, преклоняемся перед его силой, добродетелью и честолюбием. Пусть верховный Демонический Повелитель приведет три царства и Северный Божественный Регион к еще большим высотам!
Янь Тяньсяо взмахнул рукой и поднял Алтарь Небесных Подношений. Перед Юнь Чэ появилась надпись.
- Пожалуйста, войдите в Алтарь Небесных Подношений, Демонический Повелитель. Только небеса и земля достойны засвидетельствовать вашу беспрецедентную славу.
Но Юнь Чэ не сделал шаг вперед, как сказал Янь Тяньсяо. Он просто издал безразличный смешок и сказал:
- Они недостойны этого.
Это были всего лишь три слова, но безграничная наглость, которая не терпела даже небес и земли, была безошибочна.
Юнь Чэ взмахнул рукой, и надпись “подношение небесам” тут же исчезла.
Грохот…
Темные тучи в небе беспокойно тряслись. В течение долгого времени монарх любого ранга, прошедший коронацию, всегда просил защиты и свидетельства небесного закона. Это было одинаково для всех царств и регионов.
Никто… Даже в высшей степени высокомерные Божественные Императоры никогда не осмеливались оскорблять небесный закон. До сих пор.
Янь Тяньсяо был ошеломлен. В Священной Области Царства Души было так тихо, что можно было услышать звук булавки, ударившейся о землю.
Для постороннего человека высокомерие Юнь Чэ было слишком велико.