— Я чувствую твое беспокойство, — шепчет он у меня за спиной, прижимаясь губами к моей шее. — Но тебе не нужно бояться, любовь моя. Ничто не удержит меня вдали от тебя.
Моя любовь.
Я дрожу от этих слов, взволнованная его признанием.
Я поворачиваюсь к нему лицом, обвивая руками его шею.
— Скажи это еще раз, — требую я, и он ухмыляется.
— Я люблю тебя, — обещает он.
— Снова.
— Я люблю тебя.
Я подношу губы к губам, чтобы зашипеть, вдыхая его аромат, и он нетерпеливо отвечает. Его язык исследует мой рот, и я стону ему навстречу.
— Снова.
— Я люблю тебя, Миа.
Я дергаю его за рубашку, отчаянно желая быть к нему ближе. Мы все еще покрыты потом, кровью и грязью, но я не могу больше ждать.
Он мне нужен.
Но когда он срывает с себя рубашку, я вижу повязку на его боку, ту, что испачкана красным.
Кончики моих пальцев замирают на его груди.
— О Боже, — шепчу я.
— Нет, — стонет он, проводя руками по моей талии, стаскивая с меня изодранную одежду, обнажая перед ним мою грудь. — Ничего особенного.
Он позволяет мне прижать его спиной к стене, и я дергаю его за пояс.
— Позволь мне показать тебе, как я сожалею, — бормочу я, опускаясь на колени и расстегивая его брюки.
— О, черт, ты спровоцируешь мой Гон, если сделаешь это, — стонет он, когда я провожу рукой по его черным боксерам.
Моя внутренняя Омега берет верх, от его запаха у меня кружится голова от желания.
Его член высвобождается, и я крепко сжимаю его, наслаждаясь ощущением его в своей руке.
С моей испорченной одежды стекает грязь, и я в отчаянии.
— Черт возьми, — шипит он. — Сожми сильнее, Омега.
Я толкаю его кулаком, по мере того как он увеличивается в моей руке.
Я понятия не имею, как он умещался внутри меня.
Но я схожу с ума от его стонов, его запаха и своей потребности.
Мой рот опускается на него, и это так же легко, как дышать.
Я начинаю медленно посасывать его кончик, затем заглатываю его глубже, пока половина его не оказывается у меня в горле.
У него невероятный вкус. Я стону по всей его длине, и его руки взлетают к моим волосам.