— Доверься мне. Если она влюблена в меня, то наверняка влюбится в тебя. Высокий, темноволосый, красивый доктор?
— Этому не бывать.
Он хватает меня за плечо.
— Разве ты не скучаешь по этому? — Говорит он, и его зеленые глаза внезапно становятся серьезными. — Я — да. Такое чувство, будто чего-то не хватает. Что, если нам не хватает ее?
Я пытаюсь стряхнуть его с себя.
— Илай, у меня есть работа, которую нужно сделать.
— Просто подумай об этом, — говорит он, отпуская меня. — Я собираюсь сходить за едой.
Он неторопливо уходит, исчезая за углом. Я смотрю ему вслед, и у меня кружится голова. Его слова снова и снова повторяются в моей голове. Такое чувство, будто чего-то не хватает. Что, если нам не хватает ее?
Он прав. Я действительно чувствую, что чего-то не хватает. Я чувствовал это последние пять лет, как дыру в груди. Мы создали маленькую семью здесь, вдали от цивилизации, но она еще не завершена.
Образ Дэйзи всплывает у меня в голове. Она, конечно, красива. Честно говоря, мне было адски не по себе, когда она бродила по дому. Довольно сложно сосредоточиться на работе, когда по коридорам ходит женщина с мягкими изгибами, кремовой кожей и длинными густыми волосами. Я не привык к такому отвлечению.
Но это все, что в ней есть. Красота. Это не значит, что у нее есть какая-то особая связь с кем-то из нас.
У меня в кармане жужжит телефон. Я вытаскиваю его, проверяя экран. Неизвестный номер. Я открываю его, чтобы принять вызов.
— Доктор Нильссон.
— Ривен, дорогой, — напевает моя мама. Я останавливаюсь как вкопанный.
— Мама? Ты в порядке? Чей это телефон?
— О, я в порядке, дорогой. Он принадлежит одной из горничных. Я знала, что ты не ответишь, если узнаешь, что звоню я.
— Почему ты говоришь по-английски? — раздраженно спрашиваю я. — Говори со мной по-шведски.
Она ведет себя так, словно я не произнес ни слова. Несмотря на то, что моя мама прожила в Швеции более сорока лет, ей нравится притворяться, что она американка.
— Ты игнорировал меня последние несколько дней.
— Я не игнорировал тебя. Телефонная связь снова не работала.
— Боже. Я не знаю, почему ты продолжаешь жить в этом ужасном месте. Оно находится практически в средневековье.
Гнев пронзает меня насквозь.
— Похоже, у тебя не было проблем с тем, чтобы воспитывать меня здесь.
— Да, но сейчас все по-другому. Мы можем позволить себе лучший образ жизни.
Я вздыхаю.
— Чего ты хотела? Я сейчас занят.
— Ты ведь приедешь этим летом?
— Нет. Извини.
— Но у нас были планы! — скулит она. — Ты не можешь вот так просто строить планы и отменять их!
— У нас не было никаких планов. Ты сказала мне, что я приеду. Я сказал, что этому не бывать. Ты проигнорировала меня.