Молли затаила дыхание. Оправа его серебряных «Рево» сверкала на солнце, ветерок ерошил волосы. На нем были слаксы цвета хаки и голубая футболка. Только когда он подошел ближе, она разглядела на футболке изображение Дафны.
Кевин замер, заметив ее. Молли сидела на траве со скрещенными ногами. Солнце припекало ее голые плечи, две желтые бабочки веселыми бантиками порхали над головой. Она казалась воплощением грез, потерянных грез, милых фантазий обо всем, чего ему так не хватало до сих пор, хотя он и не понимал этого. Она его подруга, партнер, возлюбленная, рядом с ней у него кровь бурлит в жилах. Она будет матерью его детей и утешением в старости. Радостью сердца.
И при этом она смотрела на него как на вылезшее из леса чудовище.
— Что тебе нужно?
И это вместо «Да поцелуй же меня, дурак!». Пр-р-р-ямо…
Он снял очки и изобразил улыбку плейбоя.
— Ну, как оно?
Неужели он действительно сказал это? Спросил «как оно»?
Ах, жаль, что у нее под рукой нет ничего тяжелого.
— Лучше быть не может. Миленькая футболка. А теперь убирайся из моих владений.
Неплохо для женщины, которая желала ему всего наилучшего в последний раз, когда они были вместе.
— Я… я слышал, ты продаешь лагерь.
— Подумываю об этом.
— Может, я куплю его.
— А может, и нет. — Она встала. К ногам, которые он так любил гладить, прилипли стебельки травы. — Почему ты не на сборах?
— Сборах? — Он сунул очки в нагрудный карман.
— Ветераны должны были собраться сегодня утром.
— Черт. Значит, мне влетит.
— Это Фэб послала тебя сюда?
— Не совсем.
— В таком случае зачем ты здесь?
— Хотел потолковать с тобой, только и всего. Сказать кое-что.
— Ты должен быть на сборах.
— По-моему, ты уже об этом упоминала.
— Один звонок — и я узнаю, почему ты отлыниваешь.
Это пока не входило в планы Кевина. Он пробормотал:
— Может, сначала выслушаешь меня?
— Дай мне сотовый.
— Он в машине.
Молли схватила футболку, которая, насколько он помнил, когда-то принадлежала ему, и зашагала к изгороди.