— Лили закрыла глаза, радуясь, что постояльцы пансиона редко заходят в это уединенное местечко за домом.
Она наконец перестала спрашивать себя, сколько еще пробудет здесь. Догадается сама, когда настанет пора уезжать. А сегодня было так весело! Когда она ступила на исходную базу, у Кевина был такой гордый вид. И на пикнике он не сторонился ее, как Лайам.
— Скрываешься от почитателей?
Лили растерянно распахнула глаза, и сердце куда-то провалилось, когда перед ней появился мужчина, о котором она слишком много думала последнее время. Волосы его прилипли ко лбу, измятые шорты цвета хаки и голубая футболка пропотели. Как и она, он еще не переоделся после матча.
Она взглянула в его темные глаза и едва не ахнула от того, что увидела в них.
— Отдыхаю после стольких волнений.
Он опустился на сиденье соседнего стула красного дерева.
— Для девушки ты здорово играешь в софтбол.
— Да и ты неплохой игрок… для неженки-художника.
Лайам широко зевнул.
— Кого это ты именуешь неженкой?
Лили едва сдержала улыбку. Она чересчур часто улыбалась в присутствии Лайама и этим, должно быть, его поощряла. Каждое утро она твердила себе, что останется в комнате до его ухода, и каждое утро спускалась вниз. До сих невозможно поверить, на что она отважилась!
Словно он и в самом деле околдовал ее, а его стеклянная мастерская на миг стала частью иного мира. Но теперь она снова вернулась к реальности.
Кроме того, ее раздражало, что он способен веселиться без нее. Если не шутил с Молли, значит, флиртовал с Фэб Кэйлбоу или дразнил детей. Подумать только — они ничуть не боятся этого ворчливого, угрюмого типа! Это вызывало еще большую досаду;
— Иди умойся и переоденься, — велел он. — Я сделаю то же самое, а потом повезу тебя ужинать.
— Спасибо, но я не голодна.
Лайам устало вздохнул и откинул голову на спинку стула.
— Значит, по-прежнему стоишь на своем? Намерена послать к черту все, что между нами было? Не желаешь дать нам ни единого шанса?
Лили спустила ноги на землю и выпрямилась.
— Лайам, пойми, то, что случилось, — всего лишь временное помрачение. Я долго была одинокой, вот и поддалась глупому порыву.
— Влияние времени и обстоятельств, верно?
— Да.
— И на моем месте мог быть любой мужчина?
Ей хотелось ответить утвердительно, но язык не слушался.
— Нет, не любой. Ты, если захочешь, способен быть чертовски неотразимым.
— Как и миллионы мужчин. И все-таки ты понимаешь: между нами что-то происходит, но слишком труслива, чтобы признать это.
— А зачем? Я и без того вижу, что именно притягивает меня к тебе. Старая привычка.
— Ты это о чем?
Лили нервно, повертела кольцо.
— Видишь ли, это не впервые. Настоящий мужчина. Мачо.