— Накурился травки и до сих пор не соображаешь, что говоришь?
Ненавидя себя за слабость и глупость, он тем не менее поднялся на ступеньки, ведущие к ее спальной антресоли.
«Питбуль» немедленно потопал следом, очевидно, опасаясь, что Кевин украдет драгоценности его хозяйки. Господи, как ему все это осточертело!
— Выбирай: либо одеваешься, либо едешь в чем стоишь. Смотри, как бы в таком виде тебя не упрятали в психушку.
Но Молли опять преспокойно легла на диван.
— Зря ты так разоряешься. Шел бы подобру-поздорову.
«Несколько дней, всего несколько дней», — твердил он себе. И без того он зол как черт, что приходится тащиться в родительский лагерь «Уинд-Лейк». Почему бы не испортить себе жизнь окончательно, привезя с собой Молли?
Кевин никогда не думал, что придется вернуться туда, но ничего не поделаешь. Последние месяцы он только и делал, что уговаривал себя продать этот проклятый лагерь. Но когда не смог ответить ни на один вопрос своего бизнес-менеджера, то понял, что придется самому удостовериться, насколько велики там разрушения.
Ладно, по крайней мере он избавится от двух зол одновременно: наведет порядок в лагере и вернет Молли к нормальной жизни. Заставит ее крутить задом. Сработает этот план или нет, зависит от нее, но совесть Кевина будет чиста.
Он вытащил из шкафа чемодан, выдвинул ящики комода. В отличие от неубранной кухни здесь царил идеальный порядок. Кевин побросал в чемодан шорты и топики, сгреб в охапку нижнее белье, нашел джинсы, босоножки и кроссовки. Заметив пару сарафанов, бросил их поверх остальных вещей. Лучше взять побольше, чем потом слушать, как она ноет, что ей нечего надеть.
Чемодан еле закрылся, поэтому он схватил некое подобие старого рюкзака и поискал глазами ванную. Ванная оказалась внизу, рядом с входной дверью. Кевин смел в рюкзак косметику и туалетные принадлежности и, заранее смирившись с неизбежным, направился в кухню и запасся консервами для собак.
— Надеюсь, у тебя хватит совести положить все обратно, — устало пробормотала Молли, стоявшая у холодильника с «питбулем» на руках.
В данный момент это было его единственным тайным желанием, но проклятая баба выглядела невыносимо одинокой и до того несчастной, что сердце сжалось.
— Наверное, тебе лучше сначала принять душ. Или придется ехать с опущенными стеклами?
— Ты что, оглох? Я не какой-то спортсмен-первогодок, которым ты можешь командовать!
Кевин оперся о раковину и ответил ей суровым взглядом, каким обычно усмирял только что упомянутых первогодков.
— У тебя два выхода. Либо немедленно отправляешься со мной, либо я везу тебя к сестре. Вряд ли ей понравится то, что она увидит.
Судя по выражению лица Молли, он попал в точку.
— Пожалуйста, оставь меня в покое, — прошептала она.
— Пока принимаешь душ, я пороюсь на полках.
Может, найду, что почитать.
Глава 8
Молли, не выпуская Ру, кое-как вползла на заднее сиденье шикарного микроавтобуса, сменившего на время гоночный «феррари», подложила под голову захваченную из дома подушку и попыталась уснуть. Но впервые за эти дни ничего не получалось.
Пока они добирались до шоссе 1-94, чтобы свернуть к Мичиган-Сити, она не переставая корила себя за то, что не догадалась просмотреть почту. От нее требовалось всего лишь показаться в адвокатской конторе. Тогда этот злобный тип не подумал бы тащить ее невесть куда.
Когда головная боль немного унялась, Молли захотела узнать, куда они едут.
— Интересно, ты куда-то собрался заранее или намерение похитить меня появилось в самую последнюю минуту, а значит, теперь мы направляемся куда глаза глядят? — осведомилась она, гладя Ру.
Кевин не соизволил ответить.
В полном молчании прошел еще час, прежде чем он остановился на заправке около Бентон-Харбор. Пока бензобак наполнялся, какой-то болельщик узнал звезду футбола и попросил автограф. Молли прикрепила поводок к ошейнику Ру, сводила его на травку, а потом прошла в туалет и посмотрела в зеркало. Кевин прав: вид у нее хуже некуда. Конечно, голову она вымыла, но даже не потрудилась расчесать волосы. Кожа пепельная, глаза ввалились.
Она полезла было в сумочку за помадой, но передумала.
Слишком много хлопот. Может, позвонить кому-то из подруг, чтобы приехали за ней?