— Мне нравится моя нынешняя жизнь.
И прежде чем она успела что-то сказать, он подошел к ней, заключил в объятия и начал целовать. Она почувствовала, как напрягся его «игрунчик», но на дворе стоял ясный день, поэтому он с неохотой отстранился.
— Уже готова дать задний ход? Джейн вздохнула.
— Почти.
— Ты же знаешь, что я так легко не сдамся. Не успокоюсь, пока не раздену тебя при свете дня.
— Знаю.
— Может, даже заставлю пройтись вокруг дома. Она мрачно посмотрела на него.
— Меня это не удивит.
— Разумеется, не в чем мать родила.
— Ты очень великодушен.
— Скорее всего позволю надеть туфельки на высоком каблуке.
— Таких добряков надо еще поискать.
Он вновь принялся целовать ее. Потом начал ласкать груди. И вскоре слышалось только их тяжелое дыхание. Только утром она сказала себе, что с играми надо кончать, и вот наступил решающий момент. Одной рукой она взялась за подол ночнушки.
Зазвонил телефон. Она тянула ночнушку все выше, продолжая целовать Кэла, но настойчивые звонки перебили настроение.
Он застонал.
— Почему не сработал этот чертов автоответчик? Она опустила подол.
— Вчера приходили кореянки. Может, случайно поставили его не в тот режим.
— Готов спорить, это отец. Он собирался позвонить мне этим утром. — С неохотой он отпустил ее, на пару мгновений прижался лбом к ее лбу, поцеловал в кончик носа.
Джейн печально вздохнула. В кои веки она решила показать ему свое раздобревшее тело, так зазвонил этот глупый телефон! Чтобы не мешать, она прошла в ванную, приняла душ, оделась. Потом спустилась на кухню.
Кэл засовывал бумажник в карман брюк.
— Звонил отец. Он и мама сегодня встречаются за ленчем в Эшвилле. Надеюсь, он сумеет убедить ее положить конец этому безумию и вернуться домой. Не могу поверить, что она так упряма.
— В конфликте участвуют двое.
— И один из них очень уж твердолоб.
Она зареклась спорить с ним по этому поводу. Он не сомневался, что вина в том, что родители расстались, лежит на матери: из дома ушла именно она, и никакие доводы Джейн не убеждали его, что следует взглянуть на происходящее и с позиции другой стороны.
— Ты знаешь, что ответила мать Этану, когда тот предложил ей пасторский совет? Велела не совать нос в чужие дела.
Джейн изогнула бровь.
— Возможно, Этан в этом вопросе не лучший советчик.
— Он — ее пастор!
Она с трудом подавила желание закатить глаза. И вместо этого принялась терпеливо разъяснять очевидное:
— Вы с Этаном — лица заинтересованные, так что советоваться с вами никак нельзя.