— Когда?
— Ты прекрасно сама знаешь. — Нет.
— А кому было довольно-таки приятно?
— Я не понимаю, о чем… А… — Она всмотрелась в него. — Мои слова тебя задели?
— Черт, да нет же. Или ты думаешь, я не знаю, что в этом деле я — мастер? Если же ты этого не понимаешь, полагаю, это твоя проблема, а не моя.
Он надулся, и Джейн поняла, что прошлой ночью она крепко его обидела. Мысль эта ее тронула. Несмотря на его вроде бы безграничную самоуверенность, сомнения в собственных возможностях не обошли его стороной, точно так же, как и любого другого человека.
— Понятие «приятно» недостаточно полно отражает мои ощущения, — признала она.
— Чертовски верно.
— Я бы сказала, мне было… было… — Она искоса глянула на него. — Какое слово я ищу?
— Почему бы не начать с потрясающе? Джейн оживилась.
— Потрясающе? Да, для начала неплохо. Определенно потрясающе. А также…
— Возбуждающе и чертовски сексуально.
— Это тоже, но…
— Раздражающе.
— Раздражающе?
— Да. — Он воинственно выпятил челюсть. — Я хочу видеть тебя голой.
— Правда? Почему?
— Потому что хочу.
— У мужчин так принято?
Его свирепость поблекла, уголок рта, тот, что не раздулся от удара Кевина, изогнулся.
— Можно сказать, что да.
— Уверяю, ты не увидишь ничего достойного.
— Из меня выйдет лучший судья, чем ты.
— Я знаю, что это не так. Тебе же знакомы эти бесконечно длинные ноги моделей? Ноги, которые растут из-под мышек?
— Ага.
— У меня не такие.
— Ой ли?
— Ноги у меня, конечно, не короткие, но не такие уж длинные. Средние. Что же касается груди… Ты обращаешь внимание на эту часть женской фигуры?
— Есть такое.
— Так вот, на мою можно не смотреть. Вот бедра — это другое дело. Они огромные.