— Какая жалость.
— Я должен… Клянусь, я… — Черт, он сейчас затащит ее наверх и будет трахать, пока она не взмолится о прощении.
— Не подходи ко мне, Калвин. Будет хуже.
Ладно, тогда он просто ее убьет. Глаза Кэла превратились в щелочки.
— Может, ты лучше объяснишь, что тебя так взбесило? В прошлую ночь ничего особенного не произошло. Ты сама это говорила. Дай вспомнить… Ага. Ты сказала: довольно-таки приятно. По моему разумению, приятно не есть синоним такому понятию, как важно. — Он пристально смотрел на Джейн. — Но может, тебе было не просто приятно. И эта ночь имела для тебя более важное значение, чем ты готова признать?
Что-то мелькнуло в этих зеленых глазах или ему это показалось?
— Не мели ерунды. Тебе недостает галантности, а я нахожу это оскорбительным. Воспитанный человек остался бы в доме, а не бежал, словно подросток, к дружкам, чтобы похвастать своими успехами.
— Воспитанный человек? Отсюда и экзекуция «Лаки чармс»?
— Естественно.
Он должен дать достойный ответ. На встречу он уже опаздывает, но без последнего слова не уйдет.
— Ты теперь в одном ряду с худшими представителями человечества.
— Что?
— Вместе с Бостонским Душителем и Сыном Сэма.
— Уж не преувеличиваешь ли ты?
— Отнюдь. — Он покачал головой, взгляд его сочился отвращением. — Я женился на убийце «Лаки чармс».
Глава 14
Во второй половине дня, улыбаясь, Джейн ехала на своем потрепанном «эскорте» к горе Страданий. Прошлой ночью она провела четыре часа выгребая маршмэллоу из пяти коробок «Лаки чармс», но не жалела о потраченном времени. Стоило потрудиться, чтобы увидеть выражение лица Кэла. Придет день, когда он поймет, что она не половая тряпка и об нее нельзя вытирать ноги. Она надеялась, что эксперимент с маршмэллоу укажет ему правильное направление.
Ну почему так вышло, что ее влечет к нему? Она представляла себе, что навязанная ей женитьба таит немало подводных камней, но уж никак не могла предугадать, что проникнется к нему теплыми чувствами. Да, он раздражал ее, но ей нравилось, что в отличие от многих его не отпугивал ее ум. Рядом с ним она оживала: кровь мчалась по жилам, мозг работал на полную катушку, чувства обострялись. Прежде она такое испытывала лишь с головой уходя в работу.
Как все упростилось бы, если б она могла увидеть в нем лишь самодовольного, эгоистичного жеребца, да только не вписывался он в этот образ. Воинственный облик рубахи-парня скрывал не только острый ум, но и отменно развитое чувство юмора. Учитывая ее выходку с маршмэллоу и покупку автомобиля, о чем он не мог не прознать в самое ближайшее время, ей оставалось надеяться только на его чувство юмора.
Она остановила автомобиль перед домом Энни и заглушила двигатель. «Эскорт» дрожал еще несколько секунд, прежде чем замереть. Как она и надеялась, машины Линн нигде не было видно, то есть Линн еще не вернулась после ленча с Кэлом, и она могла проведать Энни.
Джейн поднялась на крыльцо, вошла в дом не постучавшись, как и требовала Энни, когда она приезжала в последний раз. «Теперь ты член семьи, миссис, на случай, если ты забыла».
— Энни? — позвала она, входя в пустую гостиную.
К ее изумлению, из кухни высунулась голова Линн Боннер. Увидев невестку, Линн медленно направилась к ней.
Джейн заметила, что Линн очень бледна, несмотря на косметику, а под глазами мешки. В джинсах и старенькой футболке, она мало чем напоминала воспитанную модную даму, сидевшую во главе стола пятью днями раньше. Джейн не хотелось взваливать на Линн дополнительные заботы, а это означало, что она должна играть прежнюю роль.
— Не знала, что вы здесь. Я думала, вы поехали на ленч с Кэлом.
— Его утренняя встреча затянулась, и ему пришлось отменить наш ленч. — Линн положила кухонное полотенце, которое держала в руках, на спинку кресла. — А что привело тебя сюда?
— Хотела повидаться с Энни.
— Она прилегла.
— Скажите ей, что я приехала.
— У тебя к ней какое-то дело?