Кэл занял прежнюю позицию у стены, со скрещенными на груди руками. На шее пульсировала синяя вена.
— Мне так и хочется разорвать тебя на куски.
Джейн охватила паника. Теперь она поняла, почему руки скрещены у него на груди, а пальцы упрятаны под мышки: он едва сдерживал себя.
— Нечего сказать? Как же так, доктор Дарлингтон? При наших прежних встречах слов вам хватало с лихвой.
Джейн пыталась успокоить себя, убедить, что волноваться не о чем, он просто узнал, что она совсем и не шлюха, и пришел, чтобы излечить рану, нанесенную гордости воина. Господи, мысленно взмолилась она, не допусти ничего другого.
Кэл медленно двинулся к ней, она инстинктивно подалась назад.
— Как ты можешь с этим жить? — рявкнул он. — Или мозгов у тебя так много, что не осталось места для сердца? Ты думала, что мне наплевать, или рассчитывала, что я никогда ничего не узнаю?
— Узнаешь? — едва слышно выдохнула она, упираясь спиной в исчерченную мелом доску.
— Так вот, профессор, мне не наплевать. Не наплевать! Джейн бросило в жар, одновременно ее прошиб пот.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Чушь собачья. Ты лгунья.
Он надвинулся на нее, ей же горло словно забила вата.
— Я хочу, чтобы ты ушел.
— Конечно, хочешь. — Их лица почти соприкасались. Она уловила запахи мыла, шерсти, ярости. — Я говорю о ребенке, профессор. О том, что ты решила забеременеть с моей помощью. И насколько мне известно, сорвала банк.
Силы покинули ее. Она оперлась локтем о подставку для мела.
Только не это. Господи, только не это.
Ей хотелось уползти в темный угол, свернуться калачиком, чтобы никто ее не видел.
Кэл больше ничего не сказал. Просто ждал.
Она глубоко вдохнула. Уже поняла, что уверения в обратном не помогут, но едва сумела найти нужные слова:
— Теперь тебя это не касается. Пожалуйста, забудь об этом. В ту же секунду он схватил ее за плечи и оторвал от классной доски. Губы его побелели. Вены набухли еще сильнее.
— Забыть? Ты хочешь, чтобы я забыл?
— Я не думала, что тебя это так взволнует! Я не думала, что для тебя это будет иметь хоть какое-то значение!
Его губы едва шевельнулись:
— Имеет.
— Пожалуйста… я мечтала о ребенке. — Она скривилась: пальцы Кэла впились в предплечья. — Я не хотела втягивать тебя Считала, что ты ничего не узнаешь. Я никогда… никогда такого себе не позволяла. Я ничего не могла с собой поделать… а по-другому не получалось.
— Ты не имела права.
— Я знала… знала, что поступаю нехорошо. Но в то же время ничего нехорошего в этом не видела. Я могла думать лишь о ребенке.
Он отпустил ее, и Джейн видела, с каким напряжением дается ему контроль над собой.
— Были и другие способы. Без моего участия.
— Банки спермы исключались.