— Что ты там накосорезила, если не секрет⁈
Посмотрев на меня, она с сарказмом произнесла:
— А ты как думаешь⁈
— Думаю, кто-то из более высоких высоких чинов этой корпорации на тебя глаз положил, а ты ему не дала! — заметил с серьёзным видом я.
— Например, начальнику этой самой базы!
— Ах ты сволочь! — взвизгнула та и набросилась на меня с кулаками.
Кое-как отбившись от неё а затем и скрутив по ногам и рукам уже её на кровати, я дождался, пока она успокоится, и, подняв вверх руки, отдышавшись, произнёс:
— Ну прости меня, дурака, брякнул, не подумав.
Перевернувшись на спину, она с ненавистью посмотрела на меня и неожиданно с горечью заявила:
— А ты ведь прав! Только не начальнику базы, из которого песок уже сыпался и на пенсию было давно пора, а одному чёртовому инспектору из этой корпорации!
Перебазировавшись с кровати обратно к столу и выпив залпом, затем целый бокал шампанского, она процедила сквозь зубы.
— Именно по обвинению этого урода в превышение якобы должностных полномочий и растратах меня и упекли в итоге в эту чёртову дыру и тьму тараканью в десятках световых годах от ближайшей цивилизации. Иногда я даже думаю: какая же я дура тогда была, что ему тогда отказала! — и тут же заплакала, закрыв лицо руками.
«Да что же это такое с этими бабами»! — опешив, подумал я и бросился её успокаивать.
— Я из-за этого урода всё потеряла, всё! — взвыла она ещё сильней, размазывая слёзы по лицу.
Обняв её, я начал гладить её по голове, стараясь успокоить.
— Лар, ну хватит что ли! Уже ничего всё равно не изменишь. Что ты как маленькая, жить же можно и здесь⁈ Повернув голову, она посмотрела изумлённо на меня и выдала:
— Психотерапевтом что ли великим себя возомнил, умник. Чем ты вообще лучше того инспектора, сволочь⁈ — Изнасиловал меня и ещё утешает теперь!
— Жить, мол, можно и здесь! — передразнила она.
— Конечно, можно, но только по твоим правилам, скотина! А что бы ты, интересно, сделал, если бы я тебе тогда не дала и продолжила расследование. А Дейв⁈
Усмехнувшись, она язвительно добавила:
— Ты же у нас только своим членом думаешь. Упёк бы в свою каталажку, как пить дать, за какую-нибудь фигню типа организации переворота и захвата власти, да, мой милый! Силы-то у нас с тобой явно не равны, у меня всего 12 человек в штате, а у тебя сотни вооружённых до зубов архаровцев!
— А вот здесь ты ошибаешься! — заметил раздражённо я.
— Я даже о таком варианте и не думал. Отстранили бы тебя на городском совете, и всё, а на твоё место пропихнул бы своего человека. Большинство голосов в совете теперь полностью у меня благодаря Фреи. А ты бы стала просто заместителем у него, зачем мне тебя терять. Лучше тебя всё равно никого не найти в этом деле. Неужели ты думаешь, что я не найду, куда свой хрен засунуть, кроме тебя, единственной и неповторимой⁈
— Правда, не посадил бы⁈ — она посмотрела внимательно на меня.
— Истинная! Зачем мне тебя сажать, сама подумай, а кто бы тогда преступления в городе раскрывал — я, что ли⁈
— Ну тогда убирайся на хрен отсюда и больше не появляйся в моём доме, в гробу я тебя видала вместе с твоим дружком! Буду лучше заместителем хоть у чёрта, чем с тобой, ясно⁈ — заорала она, вскочив со стула.
— Куда уж ясней! — сказал я, мило улыбаясь и направляясь к выходу. Так меня ещё в этой жизни никто не посылал, даже сумасбродная и чокнутая на всю голову Фрея.
Подойдя к двери, я поискал глазами ключ в замке, но, не найдя его, обернулся и сквозь зубы, дрожащим от обиды голосом произнёс:
— Иди дверь открой! — слово «дура» я в последний момент благоразумно решил не добавлять.
Зато со злостью поставил его в следующей фразе: