— Ой, сволочь! — Затем, выгнув насколько могла спину, просто скулила некоторое время что-то невнятное. Затем пропищала с приходом оргазма несколько раз.
— Ой, мамочка! — Ну и закончила она, уже выползая из-под меня, с родным сердцу обещанием:
— Я тебя когда нибудь убью, Дейв!
После чего, сев на кровати, она осмотрела свою напрочь разорванную мной блузку при попытке извлечь на божий свет её сочненькие груди и чуть не заплакав — заорала:
— В чём теперь я домой пойду, по-твоему, скотина!
Почесав затылок, я пообещал:
— Никуда не уходи, сейчас что-нибудь подыщу! — и отправился, разумеется, к Хейне, надеясь отыскать что-нибудь подходящее из её гардероба.
Примерив то, что я ей принёс, она подозрительно поинтересовалась:
— Ты это с кого снял, извращенец!
— Что, маленькая⁈ — почесал опять я затылок и развёл руками.
— А по мне, до дома доехать в самый раз, у неё всё равно все вещи такие…
Посмотрев на меня, она вдруг захохотала.
— Так ты мне эту блузочку от своей зелененькой притащил — любвеобильный ты наш!
Вытерев слёзы, она ехидно заметила:
— Да, кстати, и как ты теперь нас троих обслуживать-то будешь — по очереди или монетку будем кидать, кому такое счастье достанется⁈
— Для тебя я всегда готов сделать исключение! — заявил я, искоса наблюдая за ней, так как мой дружок опять заколотил ногами, требуя продолжения.
— Ты это о чём⁈ — удивлённо поинтересовалась она.
— Да всё о том же! — заявил я, стягивая с себя штаны. Увидев скотину в здравии и в полной боевой готовности, она пропищала что-то про маму и тут же начала отползать от меня в свой уже любимый угол.
— Ты это куда⁈ — удивился я.
— Мы же только начали!
— Пошёл ты, Дейв, знаешь куда! — зашипела она, подтянув к себе колени и обхватив их в замок руками.
— Или ты думаешь, что она у меня железная! Ты меня чуть не разодрал, скотина, дай мне хотя бы пару дней от тебя отдохнуть! Протянув руки, она обхватила ими моё лицо и тихо добавила:
— Куда я, по твоему, теперь от тебя денусь⁈
Посмотрев внимательно на неё, я понял лучше её больше сегодня и правда не беспокоить. Поэтому, я слез с кровати и произнёс.
— Ты прости меня дурака, Лар, если перестарался, ей-богу не хотел! Так что вылазь из своей скорлупы и одевайся. Сейчас же отвезу тебя домой.
— Правда⁈ — спросила она меня ещё с некоторым недоверием.
— Истинная! — подтвердил я, одевая брюки и уговаривая скотину подождать со своими желаниями хотя бы до вечера, когда мы навестим рыженькую.
Подбросив её до запасного входа в контору, из которого также можно было попасть прямиком в её собственную квартиру, я поцеловал её перед тем, как она вылезла из машины, и сказал:
— Если что, звони, приеду в любое время, и посмотри там записи!
Взглянув на меня, она рассмеялась и заметила: