— Кто, блять, тебя послал? — Я хватаю его за горло и сжимаю до тех пор, пока его голубые глаза не расширяются, а щеки не становятся ярко-красными.
Проходят секунды, и с каждым мгновением я теряю терпение.
— Ладно. Не говори мне. — Я приседаю за кресло, чтобы достать один из маленьких ножей, выложенных на полу.
— Я собираюсь отрезать от тебя каждый кусочек, пока ты не станешь достаточно компактным, чтобы поместиться в мою морозильную камеру. — Я резко поворачиваю его лицо к себе и лезвием протыкаю щеку, капли крови скапливаются на кончике ножа.
Его вздохи становятся резче.
— Ты мне не веришь? — Я снова наклоняю его лицо к своему — мужчина не старше меня.
Если у него есть дети, то сегодня был последний день, когда он их видел. Потому что он умрет. Его уже не вернуть.
Он смотрит на меня вызывающе.
— Последний человек, который был в этом холодильнике, не смог заплатить свой долг. Как ты думаешь, что я сделаю с теми, кто охотится за моей семьей?
Он смотрит на меня самодовольно. Я не буду торопить его.
— Сначала я выколю тебе глаза. Потом язык. Потом твои гребаные зубы, один за другим.
— Блять! — кричит мужчина, его решимость ломается. — Я не могу! Они меня убьют!
Я опускаю свое лицо к его лицу.
— Ты умрешь, несмотря ни на что.
Нож вонзается ему под челюсть, разрезая ее начисто, кровь капает ему на колени.
— Все зависит от того, как быстро ты хочешь это сделать. Сейчас у тебя есть еще один шанс. — Я выпрямляюсь. — Кто тебя послал?
Его плечи покачиваются, он плачет, глаза закрываются.
— Имя!
— Бл-блять. — Он фыркает. — Хорошо. Я скажу тебе. Это… это были… — Он переводит взгляд на меня. — Бьянки. Они сказали мне войти, забрать твою невесту и убираться.
— Ублюдок! — Кровь приливает к моей голове, и я с яростью обрушиваю кулак на его лицо.
— Это война, — говорит Джио. — Это декларация.
— Они решили схитрить. — Я хватаю его за рубашку. — Они послали одного парня именно для этого.
Агнело, должно быть, спланировал это после нашего разговора.
— Я надеюсь, что Кавалери скоро убьют Агнело, — говорю я. — Если нет, то я приду за ним и его братьями.
Я могу быть терпеливым, когда это мне нужно, но у меня осталось не так много терпения. Не после этого. Но дело с Рафом еще не закончено, а ведя две войны, я только потеряю хороших людей. Лучшее, что мы можем сделать, — это дать Кавалери шанс уничтожить их.
— Что ты хочешь с ним сделать? — спрашивает меня Джио, вынимая из кобуры девятку и направляя ее в висок мужчины.
Засранец плачет, его тело сотрясается в знак протеста.
— Мы отрубим ему голову и отправим ее Агнело.
— Нет! — кричит мужчина. — Пожалуйста, я сделаю все…
Выстрел.