— Ты думаешь, я не хотел помочь, Элси? Ты думаешь обо мне так?
Мои брови изгибаются.
— Я не знаю, что думать. Но я точно знаю, что ты не помог Кайле.
Его челюсть сжимается.
— Мы подписали с ними договор. Это единственная причина. Мы не вмешиваемся в их деятельность, а они не вмешиваются в нашу.
В его взгляде плещутся эмоции. Ему тяжело. Теперь я это вижу.
— Так мы живем в мире, и если бы не София, я бы разорвал чертово соглашение, которое заключил с ними мой отец, и убил бы их всех. Ради тебя. — В потемневших лужах его взгляда появилась убежденность. — Этот договор — единственное, что обеспечивает безопасность Софии. Они убьют ее, чтобы добраться до меня.
Мои глаза увеличиваются. Я даже не подумал об этом.
— О, Боже. Мне… мне очень жаль. Я не понимала… Но, думаю, это не должно меня шокировать, учитывая, что они делают с детьми. — Слезы наполняют ободки моих глаз. — Теперь я понимаю. Мне жаль, что я сказала тебе эти вещи. Что ты трус.
Но теперь я точно знаю одно: чтобы спасти Кайлу, мне придется действовать самой. Каким-то образом. Даже если для этого придется разозлить мужа.
— Все в порядке. — Уголки его губ подрагивают. — В чем-то ты не ошиблась. Я не очень хороший человек. Но мы не занимаемся людьми. И никогда не занимались.
Он делает паузу, его рот открывается, но так же быстро закрывается, губы сжимаются в легкую гримасу.
— Что такое? — спрашиваю я, понимая, что он чего-то не договаривает.
Он тихонько качает головой, как будто говорить мне о том, что бы это ни было, будет как-то больно. Мой пульс бьется в шее от нарастающего предвкушения.
— Я должен тебе кое-что сказать. Я не думаю, что будет правильно скрывать это от тебя.
Дрожь пробегает по моим рукам.
— Просто скажи мне.
Он убирает одну руку, крепко сжимая ее вокруг моего бедра.
— Я послал одного из своих людей в дом.
Я откидываю голову назад, смятение овладевает мной.
— Где находится Кайла?
Он кивает.
— Там, где находилась Кайла.
Тошнота подкатывает ко мне с новой силой.
— Она… она мертва? — Я заикаюсь.
О Боже. Я не могу дышать.
— Нет, детка. Нет. — Он сжимает мой затылок. — Черт, мне так жаль, что я заставил тебя так думать. — Он снова целует меня в лоб. — Они перевезли девочек. Место было вычищено. Они сделали это, как только ты ушла.
— О, Боже…
Ужас подкатывает к горлу. Как я теперь ей помогу?
— Ты уверен, что она еще жива?