Она слабо задыхается, и я не спеша опускаю ее на кровать, сам оказываюсь сверху, бедра приветствуют меня, раскрываясь.
Я опираюсь на локоть, в ее взгляде плещется страсть, а мое нутро будоражит то, как сильно я хочу ее. Нуждаюсь в ней. Сжав член в кулак, я приставляю его к ее киске, и то, как дрожат ее губы, когда я двигаюсь, заставляет все мое тело вздрагивать, желая сделать это идеальным для нее, как и во все другие разы. Но почему-то сейчас все по-другому, и не только потому, что это наша брачная ночь.
Она хочет меня. Она хочет, чтобы мы стали семьей, и я готов на коленях умолять ее не уходить.
Я перевожу взгляд на нее и говорю ей все то, что она заставляет меня чувствовать.
— Ты знаешь, как долго я ждал тебя? — признаюсь я, глядя в ее затуманенные глаза. — Всю свою жизнь. — Я глажу ее губы своими, вдыхая ее воздух. — Я думал, что останусь один.
Она задыхается, насаживаясь на еще один дюйм моего члена.
— Что ни одна женщина не пройдет в мое сердце… — Я погружаюсь глубже, моя ладонь скользит вверх, сжимая ее затылок, пока я держу наши глаза соединенными. — Но ты, голубка… ты ворвалась сюда и почувствовала себя как дома, и теперь ты моя.
Я вхожу в нее на всю длину, когда она издает крик.
— И я каждой частичкой твой.
Я прижимаюсь губами к ее губам, улавливая волны ее стонов, а мои бедра с силой бьются в нее, желая, чтобы она почувствовала, что каждое мое слово — правда. Эта женщина, ее любовь к моей дочери, ее принятие нас, то, как она смотрит на меня… Я хочу всего этого. Я хочу будущего, о котором когда-то только мечтал.
— О Боже, Майкл. Сильнее, пожалуйста, — стонет она.
Я знаю, что ей нужно и как ей нужно. Я выхожу из нее одним быстрым движением и переворачиваю ее на живот. Я подвожу под нее ладонь, поднимая ее задницу в воздух. Она смотрит на меня через плечо, когда я возвращаю член на свое место и глубоко вхожу в нее.
Ее руки сжимают простыни, пока я расстегиваю галстук и вхожу в нее, одновременно поднимая обе ее руки и связывая их вместе у ее поясницы.
Мои пальцы скользят по ее позвоночнику, когда она выгибается, выкрикивая мое имя, и я хватаю ее за волосы.
— Ты кончишь для меня вот так, связанная и по моей милости.
Следующее, что я слышу, — это ее крики, когда она растекается по мне, и несколько секунд спустя я присоединяюсь к ней.
ГЛАВА 31
ЭЛСИ
Прошлой ночью я чувствовала себя его женой. Во всех смыслах этого слова. По тому, как он обнимал меня после того, как мы занимались любовью. Или трахались. Я не знаю, как это назвать. Может ли это быть и тем, и другим одновременно? Он брал меня во всех смыслах этого слова, но при этом заставлял чувствовать себя желанной и защищенной.
— Ты уверен, что тебе нужно идти? — Я притягиваю его к себе за лацканы костюма, притягиваю его рот к своему и жадно целую его, прежде чем оттолкнуть его, надувшись, зная, что он должен уйти.
— Прости, детка.
Медленно растущая ухмылка появляется на его грешном рту, пока он поправляет свой полосатый бордовый галстук.
— Если бы это не была срочная встреча…, — говорит он, его голос глубокий и ровный. — …я был бы дома с моими девочками. Но я должен быть там.
— Я понимаю. — Я снова притягиваю его к себе за рукав его стального серого костюма и целую его в последний раз.
Моя ладонь обхватывает любимый шрам, как будто я пытаюсь уберечь его. Он погружается в мои прикосновения, его глаза медленно закрываются, а улыбка растягивается по всему лицу.
— Я бы хотел, чтобы мне не нужно было уходить, — бормочет он. — Я бы провел всю ночь, снова познавая твое тело, а потом прижимал бы тебя к себе, пока ты засыпаешь.
И тут же пульсация в моей киске становится яростной, а мое сердце ускоряет ритм.
— Тогда поторопись домой. — Я зажимаю нижнюю губу между зубами.
Он обхватывает руками мою задницу, притягивая меня к себе.