Эйфель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Эйфель!

Гюстав вздрагивает, решив, что его разоблачили.

— Гюстав, как всегда, унесся мыслями вдаль, — шутит Рестак, спеша оправдать друга. — Он возводит свои сооружения на большой высоте, поэтому часто витает в облаках.

Новое общее кудахтанье: общество оценило эту остроту. Одна лишь Адриенна возводит глаза к небу, разозленная пошлостью шутки; никто, кроме Гюстава, этого не заметил.

— Слушаю, господин министр! — откликается наконец Эйфель.

— Рестак говорил мне, что у вас полно всяких идей на этот счет…

Эйфель радуется перемене темы.

— Антуан наверняка сообщил вам, что я сторонник сооружения подземной железной дороги, такой, как в Лондоне или в Будапеште.

Министр разочарованно кривится и взывает к гостям:

— А, пресловутое «метро»? Но оно совсем не романтично, не правда ли?

Новое дружное подтверждение под хруст креветочных скорлупок.

— После разгрома при Седане[27] Франции требуется что-то не менее впечатляющее, чем то, что вы создали для американцев.

И министр довольно комичным жестом воздымает руку с бокалом, пытаясь уподобить его факелу.

— Статуя Свободы — какой великолепный символ!

Эйфель изображает скромность, чуточку наигранную:

— Это творение Бартольди, господин министр.

Локруа ставит бокал, затем, после недолгого колебания, снова берет его и осушает до дна. Его взгляд по-прежнему сверкает победоносной решимостью.

— Ах, оставь, Гюстав, всем известно, что эта фигура стоит так незыблемо лишь благодаря тебе, — замечает Рестак.

Супруга министра Локруа — видная сорокалетняя дама с лукавыми глазами, доселе позволявшая себе говорить лишь шепотом, — обращается к госпоже де Рестак:

— А вы, Адриенна? Что вы об этом думаете?

Эйфель вздрагивает. Их взгляды снова встречаются, и Гюставу становится страшно. Сейчас он услышит ее голос.

— Я согласна с Эдуардом, — отвечает Адриенна, вперив в супругу министра большие кошачьи глаза. — Метро — это что-то унылое, невидимое, подземное…

Потом, медленно повернувшись к Эйфелю, добавляет голосом, в котором звучит нарастающая решимость:

— Нужно стремиться ввысь. Быть свободнее. Дерзновеннее…

Это последнее слово пронзает память инженера подобно острой шпаге. Эйфель холодеет, услышав его. Он выдерживает взгляд Адриенны, враждебно нахмурившись. А она пожимает плечами и, взяв свой бокал, одним глотком осушает его.

— Забудьте о метро! — приказывает Локруа. — Создайте нам монумент. Настоящий, прекрасный, великий. Нечто такое, что послужит Франции реваншем над Историей.

— Реваншем, и никак иначе? — повторяет Эйфель, снова глядя в упор на Адриенну. — Вы полагаете, что реванш необходим… после стольких лет?

Этот вопрос возмущает министра.

— Вы шутите? Речь идет всего-то о пятнадцати годах! В сравнении с тысячелетней историей нашей страны это просто капля в море!

В столовой воцаряется тягостное безмолвие. Гости застыли в недоумении: в программе ужина явно не предусмотрен «тихий ангел». Никто из присутствующих не осмеливается нарушить молчание, разбить лёд, вызвав гнев хозяина. А сам Локруа насупился, спрашивая себя, с какой стати Рестак надоедал ему, уговаривая пригласить этого наглеца.

[27] Битва при Седане (1 сентября 1870 г.) закончилась полным разгромом французской армии во франко-прусской войне, повлекшим за собой капитуляцию Наполеона III, падение династии Бонапарта и Второй французской империи.