Джейкоб быстро ей кивнул. Соседка обвела нас всех взглядом, но на мне задержалась на секунду дольше. Она нахмурила брови.
Неужели мы все-таки выглядели странно? Может быть, она решила, что для девушки ненормально жить с четырьмя парнями? Или в нас было что-то такое, отчего сразу стало ясно: нам здесь не место?
Прежде чем я успела всерьез об этом задуматься, Зиан подтолкнул меня внутрь следом за остальными.
В коттедже стояла простая березовая мебель и диван, обтянутый какой-то джинсовой тканью. Мы оказались в гостиной, объединенной с небольшой столовой и кухней сбоку.
– Здесь должно быть четыре спальни, – сказал Андреас. – Две на втором этаже и две на третьем. Я могу занять диван.
Значит, у меня будет собственное пространство? Повезло.
Я сделала шаг к лестнице, мечтая скорее занять любую из кроватей и рухнуть на нее. Но моя концентрация ослабла, в ногах появилась слабость.
Я споткнулась и ударилась бедром о журнальный столик, но удержалась на ногах. Когда я снова выпрямилась, ноги дрожали. Комок тошноты превратился в булыжник.
Возможно, перед тем как ложиться в кровать, стоило зайти в ванную.
Парни наблюдали за мной, притихнув. Джейкоб махнул рукой в сторону Доминика:
– Я думаю, ей нужна первая доза исцеления. Но не долечивай ее до конца.
Доминик кивнул и подошел ко мне. Я попыталась поймать его взгляд, найти в его глазах хоть какой-то намек на понимание или подсказку о том, что он имел в виду в машине, но он положил руку мне на предплечье и теперь смотрел только на него.
По моему телу, рассеивая тошноту и липкость, разлилось мягкое тепло. Мышцы расслабились – теперь я могла устоять на ногах без целенаправленной концентрации.
Сохранялась небольшая тошнота, и мне по-прежнему было не по себе, однако состояние явно улучшилось. Достаточно, чтобы от продолжающегося прикосновения Доминика мою кожу обдало жаром. Когда он отошел, я почувствовала пустоту.
– Спасибо, – поблагодарила я его.
Он молча кивнул, но так и не встретился со мной взглядом.
– Наверх, – приказал Джейкоб, щелкнув пальцами, и вслед за ним я поднялась на два пролета, к самым верхним спальням. Он заглянул в обе и указал на ту, которая, по его мнению, должна была стать моей.
– Ты останешься здесь, пока нам не понадобишься, – сказал он мне и, положив руку на ручку с внутренней части двери, щелкнул кнопкой замка.
Он собирался использовать свою силу, чтобы запереть меня здесь. Я с трудом сглотнула.
– Тебе правда не нужно…
– Просто небольшая дополнительная защита для всех нас, – холодно сказал Джейкоб. – Я уверен, ты это понимаешь.
Он вышел и закрыл за собой дверь. Раздался скрежет, и я поняла, что он запер замок.
Конечно, при необходимости я легко могла выломать обычный замок на двери общежития. Но едва ли это докажет ребятам, что мне можно доверять.
Я оглядела спальню. По крайней мере, тут было приятнее, чем в двух моих предыдущих тюремных камерах.
Треть всего пространства занимала двуспальная кровать с покрывалом цвета лесной зелени, рядом расположились книжные полки из лакированной березы и письменный стол. Ворсистый ковер выглядел настолько мягким, что мне захотелось зарыться в него пальцами ног.
И у меня было окно – величайшая роскошь.
Я подошла ближе и посмотрела наружу – на коттедж по другую сторону проулка. В окне прямо напротив виднелась фигура с копной рыжих волос.
Брук. Должно быть, она тоже вошла внутрь, и у нее была такая же спальня.
Мне стоило отойти назад, но в этот момент она оглянулась и заметила меня. На ее губах появилась улыбка, и она подняла руку в знак приветствия.
Я не знала, что делать, кроме как постараться улыбнуться и помахать в ответ. После этого я отступила от окна.