– …я начал с ней «сближаться» только для того, чтобы она открылась в вещах, о которых иначе ни за что бы нам не рассказала. Я выполнил свою часть сделки. Теперь ты должен меня выслушать.
Что?
Замерев на верхней ступеньке лестницы, я заглянула через открытую дверь в темную спальню передо мной, где у кровати стоял Андреас.
Остальные трое парней стояли вокруг, но сам он повернулся лицом к Джейкобу, чей взгляд скользил от Андреаса ко мне. В его свирепых глазах появляется еще более холодный блеск, чем обычно.
– Да, – сказал он, одаривая Дрея такой острой улыбкой, что ею можно содрать кожу. – Таков был уговор. И теперь она тоже это знает.
Андреас повернулся, и наши взгляды встретились. Он открыл рот, но не издал ни звука.
Шаг за шагом, ноги сами несли меня вперед через дверной проем. Не выдержав, я подошла ближе к Андреасу.
Слова застревали в горле, но все же я заставила себя озвучить вопрос:
– Ты вел себя дружелюбно только для того, чтобы обманом заставить меня что-то тебе рассказать?
Лицо Андреаса исказилось от боли.
– Все не так, не совсем. Тем более сейчас.
– Все именно так, – вставил Джейкоб, уставившись на меня. – Когда мы только приехали в колледж, ты оказалась заперта в своей комнате, а у нас состоялся небольшой разговор. Я хотел держать тебя подальше от нашего расследования, но Андреас настоял, что тебя нужно вовлечь – ведь ты можешь выдать что-то важное. Он пообещал, что убедит тебя ему довериться, и ты ослабишь бдительность.
Боль пронзила меня насквозь. Я согнула пальцы, впиваясь когтями в собственные ладони.
– Но вы же при мне спорили насчет моего участия, – сказала я, но голос превратился в хрип.
Джейкоб снова издевательски улыбнулся.
– Да, так мы и сделали. Нам нужно подать все так, чтобы ты поверила. И это дало Дрею его первую возможность поиграть в твоего защитника.
Они разыграли тот разговор. Все они.
Я перевела взгляд на Зиана и Доминика, и напряженные выражения их лиц это подтвердили. Они не были ни капельки удивлены, лишь беспокоились по поводу того, как я отреагирую.
– Рива, я клянусь, это не имеет никакого отношения к сегодняшнему вечеру или… или… – Андреас запнулся, но быстро взял себя в руки. – Я верю тебе. Я понял, что мы ошибались. Я…
– У него так хорошо получилось, правда? – перебил Джейкоб. – Помог тебе расслабиться и все такое.
Он бросил взгляд на Андреаса.
– Ты уже можешь остановиться. Не думаю, что ей осталось, что рассказать.
– Ты на хрен заткнешься или нет, Джейк? – огрызнулся Андреас, но мои мысли уже вернулись к нашей интерлюдии в подвале.
Он упомянул Гриффина. Поведал о своих тайных слабостях. Он подтолкнул меня к тому, чтобы я все рассказала о той ночи, когда Гриффин умер.
Все это – мнимая привязанность и признания, которые он якобы делал, – все это для того, чтобы внушить мне мысль, что я могу открыться.
Он пришел сюда и все им пересказал? Джейкоб говорил так, будто уже все знает.
– Почему ты… Как ты мог…
Я не знала, как озвучить душащий меня вопрос. В основании моего горла застрял вопль, который разрастался с каждой глухой пульсацией.
Я любила тебя. Все, что у меня было, это любовь к тебе, ко всем вам…
Джейкоб, прищурившись, посмотрел мне в глаза: