Искушённая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сняв мокрую одежду, она повесила рубашку, джинсы и носки на вешалку в шкафу. В уборной она яростно встряхнула волосами, прежде чем сообразила, что в номере есть фен, и воспользовалась им.

— Достаточно хорошо, — пробормотала она, когда её волосы почти высохли.

Харлоу была полна решимости немного отдохнуть. Без этого она явно была не в лучшей форме, и последствия пропуска полнолуния давали о себе знать. Она сняла колючее одеяло и тонкую простыню с одной из двух односпальных кроватей и попыталась принять удобное положение. К счастью, эта кровать была намного лучше, чем две предыдущие, на которых она спала предыдущими ночами.

Но её разум не отключался.

Её деньги быстро заканчивались. Она не могла продолжать останавливаться в мотелях и гостиницах, ожидая найти идеальный город, работу и сообщество по своей прихоти. Очевидно, она сделала неверный шаг, покинув стаю, не имея даже плана собственного выживания.

Она скучала по безопасности и рутине жизни стаи. Она скучала по ощущению защищённости и объятий. Скучала по физическому контакту, который позволял ей находиться в стае. Очень доминирующая часть её процветала в окружении стаи, и покидать социальную структуру казалось неестественным. У неё здесь не было связей, и она была совершенно одинока.

Что только добавляло проблем. Могла ли она действительно вернуться к жизни в стае сейчас, после того, как её так жестоко отвергли? Что, если она разучивалась быть волчицей, и с каждым днём всё больше отклонялась от своей натуры? Она чувствовала себя вытесненной.

Она не была уверена, как справиться с адаптацией, но она была экспертом в исцелении. Повернуть назад на данный момент было невозможно. Ей отчаянно нужно было собрать ресурсы, если она даже думала о продолжении этого пути.

С её текущими средствами она могла бы пробыть в этом мотеле около полутора недель, предполагая, что питалась бы она очень скудно и тратила на еду всего от десяти до пятнадцати долларов в день. За это время ей нужно было бы найти какую-то финансовую поддержку для себя и вернуться к сообществу. Независимо от того, останется она или нет, она тратила деньги на бензин, просто нерешительно переезжая из города в город, так ни на чём и не остановившись.

Она начала думать о лёгкой работе, на которую могла бы устроиться, и почувствовала внезапное беспокойство, просто подумав о работе в розничной торговле. Но если она хотела выжить, ей, возможно, придётся принять несколько трудных решений.

Она вспомнила о корзине для газет на стойке регистрации и испугалась, что ей, возможно, придётся взять экземпляр, если она хочет получить реальное, конкретное представление о том, где она могла бы найти работу. Она взяла свою одежду с вешалки, которая, к счастью, теперь была немного суше, и выбежала на улицу в мокрой одежде, радуясь, что дождь утих за те несколько часов, что она была в одиночестве. Луна сияла белым сквозь серые облака, застилавшие горизонт.

Она улыбнулась администратору, взяв экземпляр «Крест», местной городской газеты, а затем оставила на стойке пять долларов, сказав ему оставить сдачу себе. Он был поглощён вечерним футбольным матчем, но, тем не менее, проявил признательность.

Вернувшись в свою комнату, Харлоу сначала задумалась, не присоединиться ли ей к газете, прежде чем поняла, что она, похоже, семейная. Объявлений было не только очень мало, но и газета была толщиной всего около восьми страниц, и в каждой строке стояла фамилия Табор. Она пролистала газету, едва обратив внимание на упоминание на первой полосе о всплеске туризма или на двухстраничный раздел о судоку, обнаружив, что секретный раздел отодвинут на задний план.

Это был тревожно пустой раздел, втиснутый над большим разворотом во всю страницу с просьбой о рекламной поддержке. В списке было немного вакансий, и Харлоу боялась, что ей, возможно, придётся искать работу в более крупном городе.

Местному кафе «Ухмыляющееся яйцо» требовались официантки. Зарплата была невелика и, вероятно, не покрыла бы расходов на эту гостиницу, но, если бы она смогла найти квартиру где-нибудь в городе или поблизости, она, возможно, смогла бы справиться с двумя подработками на неполный рабочий день и заставить это работать.

Рядом с рекламой она нашла ещё одно объявление о местной юридической конторе «Паттон и сыновья», где она могла бы работать администратором и офисным ассистентом. Зарплата была немного выше, и это действительно давало преимущества, но Харлоу задавалась вопросом, как она собирается найти рекомендации по работе, потому что это выглядело намного более профессионально, чем другие предложения на странице. Она решила завтра выйти и осмотреть офис, чтобы узнать, есть ли у неё шанс и какова атмосфера на работе.

Страницу заполнили ещё несколько объявлений о вакансиях, написанных в таких маленьких рамочках и таким мелким шрифтом, что ей захотелось использовать увеличительное стекло. Она нашла вакансию ассистента в библиотеке Форест-Крест. Она нашла так же несколько местных заведений быстрого питания, которые искали членов команды, предлагая даже меньшую компенсацию, чем кафе. Если бы она действительно была в отчаянии, то, возможно, смогла бы дополнить одну из этих работ работой в кафе.

Харлоу с разочарованием осознала, что работа, которую она действительно хотела, нигде не была указана, и она не могла использовать свои природные навыки целителя. Не было указано вакансий для медицинских работников, медсестёр, медицинских программистов или помощников ветеринара, по крайней мере, нигде в секретном разделе газеты «Крест».

Если она хочет найти какую-либо работу, где она чувствовала бы себя по-настоящему реализованной — где она вносила бы уникальный вклад, а не просто повторяла одну и ту же бессмысленную рутину, ей, вероятно, придётся пойти и поискать. Или провести более тщательное расследование.

Она достала свой ноутбук и повозилась с сигналом Wi-Fi, прежде чем, наконец, отключилась с компьютером на коленях. Она спала лучше, чем две предыдущие ночи, но мечтала о более простых временах, когда она вернётся в стаю и почувствует, что её приветствуют и ценят. Ей снились объятия Винсента. Ей снилось, что всё это было недоразумением, и он никогда не собирался отвергать её. И во сне её переполняла печаль.

Глава 5

Атлас

Атлас гордился своим кабинетом. Насыщенные тона красного дерева наполнили комнату вкупе с оттенками пикантного нектара жимолости, диантуса и жасмина. Круглый паркетный пол офиса, нетронутые письменные столы, кожаные кресла и обширные книжные полки соперничали с растительностью, которая свисала с потолка, стояла на столах и вылезала из земли в декоративных горшках. Эстетика комнаты в стиле ар-деко была вырвана из объятий «ревущих двадцатых», но джунгли вторгались в эту эстетику и разрушали её на каждом шагу.

Атлас никогда не замечал разницы в тоне между ним, его советником по безопасности и его бетой, но акустика комнаты усиливала их. В то время как голос Атласа имел тенденцию звучать агрессивно, даже по-доброму, голос Закари был почти роботизированным, а в голосе Кольта были ритм и размашистость. Несмотря на сердечный характер их обсуждения, их голоса, казалось, перебегали и бросали вызов друг другу.

— Мы обсуждали дела стаи, Закари, — строго сказал Атлас. Рукава его рубашки были закатаны, открывая несколько татуировок на широкой мускулистой руке. — Что могло быть настолько важным, что ты прервал нашу встречу?

У Атласа было мало требований, но одно правило, которое он всегда чётко соблюдал, заключалось в том, что ничто не должно мешать работе стаи. Никогда. Атлас поправил воротник рубашки и погладил свою тёмную бороду, его глаза пронзили Закари проницательным взглядом.

— Это касается стаи, — ответил Закари. По сравнению с Атласом, у Закари было гораздо более деловое мышление, он мог смешаться с населением, не вызывая подозрений. — В городе один из наших младших членов почувствовал волка одиночку.

Атлас кивнул и уставился в пол, прижимая свои оттопыренные руки к широкой бочкообразной груди. Итак, это были конкуренты или изгои. Волки-одиночки, пришедшие в Форест-Крест, доставляли проблемы его стае и населению города.

— Но это, вероятно, не то, о чём ты думаешь, — продолжил Закари.

— Ты не знаешь, о чём я думаю, — парировал Атлас, выражение его лица не изменилось.