S-T-I-K-S Обратная сторона.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Не, не моё это в зомбятину пихать, мало ли, вдруг хер так квазанётся, что и белка не поможет. Я тут кое какой бонус нарыл, будет ли он в следующую загрузку, ХЗ?

- Не квазанется, не ссы, а квазанется, отрежешь вместе с яйцами, сдашь и новый отрастишь. Ответил Иваненко и хохотнул, а далее спросил: - чё за бонус то?

- Я в гаражи заглянул, Часть новые колёса получила, одну «Рысь» и один «Тайфун», это на них так написано. Я впервые такие машины вижу, «Рысь» что-то между УАЗом и Хамером, полагаю, что она бронирована, я её опробую и, если устроит, себе заберу, в рейды гонять. Тайфун - вообще тема! На базе КАМАЗа, как раз подготовлен под Улей, прям как специально! Чуть-чуть до ума довести и песня будет, они уже в колонне стоят, «Рысь» я сам поведу.

- Не разгоняйся. Сначала я посмотрю, что там за зверь такой, может с Ренжа пересяду. Хотя нет, не пересяду. По приезду Боингу покажи, пусть оценит. Ладно, по машинам и ходу. Шакалы на подходе, уже семафорят в эфире. Готовность пять минут. Дал отмашку Иваненко.

- Готовность пять минут. Повторил команду в рацию Башня. Докладываем!

Все водителя доложились, Башня дал команду разведмобилю и колонна почти из полтора десятка разномастных, заточенных под реалии Улья автомобилей, выдвинулась. Вырывал глаз только блестящий новенький Ренж Ровер Великого, он был бронирован на заводе в Англии, эта машина раньше принадлежала толи мэру, толи какому-то губернатору, а по качеству бронекапсулы ровнялся президентским мерседесам! Поговаривают, что её и из гранатомёта не возьмешь.

Ехали мы сравнительно не долго, часа полтора или два. Колонна то плелась по грунтовке, то разгонялась на хорошей трассе и часто петляла. Я много лет ездил с города в Часть, но такого не было, всегда была одна ровная дорога и никакого бездорожья с пыльной грунтовкой. На встречу нам промчались несколько автомобилей, то Шакалы, наши личные муры. Они ехали в Часть после основной группы, своих забрать, подобрать всё что осталось и не понадобилось основной группе, шакалить в общем. Вроде куда-то въехали, машины остановились и заглохли. Хлопнула дверь автомобиля и раздалась команда «Разгружаемся».

***

Шакалы, въехав на территорию колонии, действовали грубо и не слажено. В их колонне было пять автомобилей, разведывательный пикап шахед с КОРДом на 12.7 в кузове, два автозака Газ 3309 на двадцать одно рыло спец контингента, Урал поддержки и старенький бронированный Уаз Патриот, бывший когда-то инкассаторским автомобилем.

С кунга Урала не спешно спрыгивали люди, всего шестнадцать человек и один вылез с кабины, водила остался на месте. Одеты кто в чем горазд, восемь из них были в спортивных костюмах, пятеро в джинсах и коротких легких кожаных куртках, остальные в разномастном камуфляже. Оружие подобрано по работе каждой группы. У спортиков были ментовские укороты они же АКСУ, висящие на одноточечном ремне, у кожанных, в основном пятизарядные обрезы полуавтоматов, с мелкой дробью (чтоб ранить, а не убивать), у камуфлированных болтались ПМ в кобурах и пара серьёзных охотничьих луков. Большинство закурили. Среди спортиков выделялся кряжистый мужик, среднего роста с поломанным левым ухом, похожим на разваренный пельмень, собственно и звался он Пельменем. Одет в стиле конца девяностых, в спортивку и кроссы, только от современных брэндов. Настоящий спортивный костюм от Zilli, на ногах кроссовки из кожи питона того же брэнда, бычью шею украшал золой торос с палец толщиной, на тросе кулон с большим изумрудом обрамленным россыпью мелких бриллиантов, так же ярко блестели на солнце золотые часы с золотым же браслетом. Остальные мало чем отличались от Пельменя, золотом были увешаны все! Не наигрались видимо, Улей Ульем, а понты никто не отменял. Выкурив сигарету в три затяга, сплюнув на асфальт, хриплым голосом не громко произнес:

- Всё, харе дрочить. Работаем. Три часа на всё про всё. Гвоздь, твои в барак распакуй катаржан и сюда их. Ворона, твои по периметру плаца. Гульден, пошныряйте в городке по открытым хатам, по кабинетам руководства, бухла нормального соберите. Короче, всё как всегда. Швытчi бля швытчi! Спортики пошли в барак, те что в кожанках не спешно разошлись по плацу, камуфлированные выдвинулись в сторону офицерского городка.

В бараке царила тяжелая атмосфера, зеки перешёптывались между собой, почти в каждой койке лежал умерщвлённый обратившийся, а где-то и вся двухэтажная койка была общей могилой. Запаха разложения ещё не было, а вот запах испражнений, потных тел и нестиранного белья четко витал в воздухе. Гвоздь первый вошел в барак.

- Каторжане! Громко сказал он. Голоса притихли. – Чалимся? Слушай ухом говноеды. Ща вас распакуют, бегом выходим на плац. Базарю один раз, сечь молча выполнять сразу. И ещё… договорить он не успел, его грубо перебил властный голос.

- Слыш фраер. А ты кто такой шоб так базлать? Назовись честным людям. Нас тут с вечера мутные вертухаи кошмарили, беспределили жестко особенно кабан здоровый.

- Оу чушок, за фраера ща ответишь. Гвоздь подошел к говорившему и положил раскрытую ладонь ему на шею. Душить? Нет! Он слегка надавил на шею и говоривший завопил не своим голосом, а по бараку раздался запах жаренного мяса. Дар у Гвоздя такой был, мог при контакте хоть кожу поджарить, а мог и кровь подогреть до сорока пяти градусов, долго, тратя собственный ресурс до потери сознания, дар раскачан не сильно, но мог. Зато для непосвященных зеков он казался полубогом не меньше! Гвоздь убрал руку с горла борзого зека, демонстративно сдул дымок с ладони и продолжил:

- Я недобазарил, ещё раз какой ни будь петух кукарекнет, заживо зажарю! Вкурили сявки помойные?! Продолжаю, и ещё если у кого-то есть трава, хмурый, белый или ещё что-то раскумариться, милости прошу, сдаем мне! Если закрысите, зажарю до полуготовности и скормлю собакам! Ща вас расконвоируют и все бегом на плац.

Спец контингент, вспоминая здоровяка с мачете и теперь этого гриля ходячего, вообще стушевались, молча бежали на плац перед бараком, молча пытались построиться и так же молча обреченно глядели: кто себе под ноги, кто-то на бравых коротко стриженных ребят в кожаном прикиде, в золоте и с короткими обрезами непонятного оружия, направленного прямо на строй, кто-то просто пустым взглядом смотрел в затылок впередистоящему или вообще в никуда. Но все ждали какой-то плохой своей участи. А главное, многие видели крепкого зека, недавно прибывшего на колонку, который и противоречил Гвоздю, вернее внимание обращали не на самого зека, а на его шею, где отчетливо виднелась человеческая пятерня, покрытая зажаренной корочкой и запекшейся кровью, как будто его только что клеймили раскаленным клеймом. Последним с барака вышел Гвоздь.

- Э, чушок, ходи сюда. Приглашающим жестом указал Гвоздь на жаренного. Тот подошёл и кивнул, типа «Что надо?» - Расскажи-ка мне, какое кино вам вертухаи крутили? Чё ты там про беспредел базарил, а?

- Дак это, так же построили, потом двоих старшИх из понятийных, прям в хате вальнули. Лицо его побелело от страха, на затылке выступила испарина при одном только воспоминании. Потом на плацу ещё пятерых, с особой жестокостью. Здоровый такой, на всю башку простуженный, с руками гориллы и когтями не мытыми... Сам не видишь, вот пятно крови впиталось, за крыльцом жмуры сложены. Двоим башни срезали, других руками порвали. Вернее он порвал… Зек не вольно сглотнул и пощупал затылок.

- О мля! Так это Мучелло вам цирк бурамошил! Он маленький Мук, маленький Мук, от жизни в Улье терпел много мук. Коряво пропел Гвоздь. – Потеряйся в строю. Приказал Гвоздь отчитавшемуся.

- Так, слушаем меня! Мук, по сравнению со мной – младенец! Он просто убийца, раз и всё. А я садист. В моих нежных руках, быстро никто не умирал. Недавно придумал новую забаву, хочу опробовать. Хочу со спины срезать кожу квадратиками, как на шахматной доске, чтоб белыми клетками была светлая, не глубоко срезанная кожа, а черными клетками, вырезанные куски до краснобурого мяса! Фигурами же на этой доске, будут зубы и пальцы рук и ног этого «везунчика». А дальше, дальше я не придумал. Пока.

- Даю вам два с половиной часа, можете ломать, штурмовать, шнырять по всей части, брать что и где угодно, но, чтобы вооружились хоть не много, так же ищем хорошую крепкую гражданскую одежду свои нычки выворачиваем и у вояк пошныряйте. Шмоток вам никто не даст, можете что-то приличное со жмуров поснимать не взападло, а им похер и да обыщите их на предмет «покумарить». Если жратву какую нароете, тоже сюда всё. Можете и съебнуть, никого не держу! Для оставшихся умных, сигналом к окончанию будет красная сигнальная ракетница в небе, после неё бросаем поиски и бегом сюда, десять минут на погрузку в автозаки и халас! Кто не успеет, бросим тут подыхать. А без нас сдохните уже завтра к обеду, если не хапните обезбола. Черепушки у вас болят, сушняк дикий, грабки трясёт да? Да! Он сам себе ответил. Обезбол в автозаках. Всё гуляй рванина! Время, времяя, времяяя! Заорал Гвоздь.

- Слыш старшой, к Гвоздю обратился старый не высокий зек. Ты бы это, обрисовал чё происходит в двух словах… мусора то где? Куда идти, где чем вооружаться, а главное зачем? По понятиям дальше двинем или по мусорскому? Строй одобрительно загудел.

- А да, мля, забыл. Слушаем один раз, всасываем сразу. Война началась, газом всех полили, большинство в зомби превратились, Москву ваще сожрали нахуй! Вам тоже не много осталось, как закончите дадим лекарство. Те, кто остались на койках в бараке, зажмурились, им не помочь. Всё, нет закона нет правительства мусоров тоже тут нет, вы все помилованы, а волыны для того что бы вы себя защитили и нам помогли, партизанить будем! Всё, съебнули все. Зеки кинулись в рассыпную.

- Чё думаешь? Обратился Ворона к Гвоздю. Оба закурили.

- А хули тут думать, как будто первый раз. Толковых отфильтруем пополним наши бригады, может кто под заказ на продажу попадется. Остальных по кластерам погоняем, пусть споранов подсоберут энергию Улья впитают и всё, в расход. Кто-то сам подохнет, кого-то налогом мусарам отдадим. Пельменю опять налог повысили, одно тело теперь не в месяц, а в двадцать дней с бригады отдать надо. А где столько брать? Дикие сцуки всё звереют, в прошлую профу тряски нас жестко потрепали. И откуда они там взялись мля? Я тогда Пельменю жмурами шестерых отдал, на четыре месяца с себя и своих налог скинул. Мертвые дешевле чем живые. Сука, чё за жопа такая и как с неё вылезти? Вопрос был риторический.

- Это точно, Пельмень всё борзее и борзее. Тоже голову ломаем, как с этого говна вынырнуть…

- А Пельмень то причём? Не он же налог ставит, его мусора трясут, мусоров космонавты нагибают, замкнутый сцуко круг…

Когда светило Улья опустилось почти к горизонту, высоко в небо, со свистом взвился красный огненный шарик оставляя за собой дымный след. Зеки, надо отдать им должное следили за небом и ракетницу не пропустили. Построились довольно быстро. Гвоздь осмотрел трофеи и усмехнулся.