Он указывает на импровизированные ворота, которые люди устанавливают на пляже.
— Думаю, Нико немного озабочен. — Она посылает мне игривую ухмылку. — Но я бы с удовольствием присоединилась.
— Ты собираешься оставить меня здесь?
— Я уверен, ты сможешь выкопать себя. Лили возвращается к своей сумке и убирает телефон.
— Марсело, помоги.
Я отчаянно поворачиваю к нему лицо. Он просто смеется.
— Ты сам по себе, но сегодня вечером я принесу тебе пива. До дальнейших указаний.
Он поворачивается к Лили и убегает, чтобы присоединиться к группе.
Мои друзья и одноклассники толпятся вокруг нее, и вскоре она начинает выкрикивать указания своей команде или шутить с Жоао, который судит.
Лили Роден может быть единственным человеком, который может оставить меня похороненным на глубине шести футов в земле и заставить меня ухмыляться, как дурак.
Это может быть эгоистичной просьбой, но я не хочу, чтобы наше веселье закончилось в ближайшее время.
— Лили?
Я вытираю волосы полотенцем. Я не думаю, что часовой душ смыл весь песок с моего тела, но придется. Лили похоронила меня там на три футбольных матча. Я был уверен, что чайки в конце концов устроят из меня пир.
Она сидит на кухне и снова печатает на своем компьютере. Экран конфиденциальности на древнем ноутбуке с наклейками мало что делает для того, чтобы заблокировать отображаемый текст с этого ракурса.
Необычный.
Это должно быть первый раз, когда она не захлопнула устройство в моем присутствии.
Слова Зои Мона украшают шапку веб-сайта тем же курсивом, что и на прошлой неделе.
Хм.
Я начал подозревать, что она секретный агент или что-то в этом роде, учитывая, как она беспокоится о конфиденциальности своего компьютера.
Когда она, наконец, чувствует, что я наблюдаю за ней, Лили повторяет свое застигнутое в действии действие, быстро закрывая свой ноутбук.
— Ты меня напугал.
Она поворачивается ко мне, в ее глазах мелькает упрек.
— Почему ты всегда такая странная со своим ноутбуком? Ты просто читала статью или что-то в этом роде. Я был менее взволнован, когда мой брат застал меня, когда у меня было свидание.
— Нет. Это ничего. — Голос у нее резкий.
Я подхожу ближе. — Я никогда не видел, чтобы ты был смущена или не уверена в чем-то.
— У всех есть неуверенность.
Лили фыркает, прежде чем стащить компьютер с кухонного острова и запереть его в своей комнате.
— Что ты делаешь? — кричу я ей вслед. — Ставишь его под наблюдение?
— Может быть, если это перестанет быть таким любопытным.