Голос Чака звучит у меня в голове так же громко и отчетливо, как и много лет назад.
Этот гребаный мудак заставлял меня сомневаться в моей ценности на каждом шагу.
Рот Нико наклоняется вниз, и я понимаю, что ненавижу, когда солнечный свет покидает его лицо.
— Это способ для меня действительно сделать что-то из себя, — наконец предлагаю я.
— Ты уже сделала что-то из себя. Ты здесь, не так ли? Все в одном экземпляре.
— Просто существование не совсем ценная валюта.
— Ужасная перспектива.
Это?
— Послушай, я не пытаюсь тебя расстроить или вызвать экзистенциальный кризис или что-то в этом роде, но, может быть, тебе не нужно идти в колледж. Я имею в виду, что я бросил учебу, и все в порядке.
Из меня вырывается сардоническое ворчание. — Потому что у тебя есть страсть. Я, с другой стороны, чувствую, что меня бросили на место водителя взрослой машины без каких-либо указаний в то место, куда все, кажется, направляются.
— Черт, Лил, очень тяжело. — Взгляд Нико следует за парой туристов, покидающих скамейку. Мы пытаемся занять свободное место. — Но у всех есть препятствия. Я имею в виду, ты встречалась с моим братом?
— Да, я думаю, он женился на моей лучшей подруге, — поддразниваю я. — Его зовут Лука, верно?
Он не может не смеяться. — Посмотри. Этот сарказм принесет тебе твердый шлепок по заднице.
Я пытаюсь игнорировать волну возбуждения, возвращающуюся ко мне, когда мы садимся на скамейку.
— А если серьезно, моя семья была раздавлена, когда я бросил колледж. Длинная вереница юристов со стороны моего отца и мать, гениальный архитектор. Я должен был пойти по их стопам. У меня все было спланировано, закон о развлечениях. Это был определенно самый круто звучащий вариант из всех.
— Что? Я понятия не имела.
Нико пожимает плечами. — По большому счету, это была маленькая вспышка в моей жизни. Я попробовал, но возненавидел. Как вы сказали, структура мне не подошла.
Хм . — Как будто это не всегда один размер подходит всем.
Хотела бы я, чтобы кто-нибудь помог мне понять это несколько лет назад, потому что в колледже я чувствую, что поступаю правильно: ставлю галочку в квадрате, который должен делать каждый. Но почти невозможно не сравнивать себя с другими. Даже если мы все идем по разным дорогам. Я просто еще не разобралась со своим делом .
— Точно. Но я влюбился в программирование только тогда, когда встретил соучредителя Flight Falcon. Я часами учился решать разные проблемы и создавать вещи.
— Ты счастливчик. — Я открываю бутылку с водой, которую держал с тех пор, как катался на спине. — Хотела бы я, чтобы мне было так легко зарабатывать деньги, занимаясь любимым делом.
Страсть должна быть трудной? Он подкрадывается к вам, когда вы меньше всего этого ожидаете?
— Мне повезло. — Нико берет у меня воду, осушает ее и возвращает бутылку. Черт, я хотела еще немного этого. — Учиться в колледже важно. Просто мне это не подошло. Я бы не знал, если бы не примерил его на размер, но мне было не по себе. Мне нужно было путешествовать. — Нико усмехается. — Прямо сейчас у меня есть свобода творчества без необходимости управлять другими. Отвечаю только за себя.
Я улыбаюсь его честности. — Ты отвечаешь за людей? Ты прав. Очень страшно.
— Эй, я мог бы сделать это, если бы захотел.
Я хмурюсь, глядя на пустую бутылку из-под воды в руке, но он этого не замечает. — Ммм.
Нико утирает пряди влажных волос с глаз. — У тебя должна быть страсть. Есть ли что-то, что действительно говорит с тобой? Что-то, что приводит вас в состояние потока?
— Состояние потока? — Я наклоняю голову.
— Да, например, когда ты полностью поглощена задачей или проектом, и кажется, что твой разум и тело внезапно становятся текучими. Мир тает, и время уходит вместе с ним. Это ты и то, что делает тебя счастливой.
Письмо. Ответ приходит на ум сразу. Вслед за горько-сладким пятном моей тайны на уме. Но письмо — это именно то, что заставляет меня чувствовать то, что описал Нико. Когда я нахожусь за клавиатурой, теряясь между страницами своего воображения, оно бурно и всепоглощающе. Иногда даже лучше, чем секс.