— Сколько раз ты читал мою книгу?
— Ты чертово отродье, — бурчу я.
Я дергаю за повязку на запястье, но не могу ослабить ее. Вместо этого я беру свободную руку и грубо хватаю концы ее косы, вытягивая ее шею назад.
— Ответь мне, — рычит она.
— Дважды.
— Лжец.
— Три гребаных раза.
Она сопротивляется моей хватке за свои пряди и смотрит мне в глаза. Бедра Лили не ломаются ни на мгновение. Она продолжает трахать мой член, как будто он был создан для нее.
— Ты хотел пощупать меня прошлым летом?
Она упирается ладонями в мою грудь.
— Каждый день мы были вместе или врозь.
Я сильнее тяну ее за волосы, и каждый из ее когтей разрывает кожу на моих ногах, посылая блаженные всплески боли вверх по моей шее, когда мои яйца сжимаются от боли.
Ее стены содрогаются вокруг меня, ставя мой неизбежный оргазм на грань.
— Твой кулак обхватил тебя на все девять дюймов? — Она стонет, борясь со своим приближающимся освобождением. — Ты думал обо мне все эти выходные на пляже?
— Столько раз, красотка. Прошлым летом я сжимал свой член кулаком почти каждую гребаную ночь, думая о том, как хорошо было бы увидеть, как ты расстанешься из-за меня.
Чего бы я не отдал, чтобы ощутить всю ее прямо сейчас без гребаного презерватива, чтобы наполнить ее моей спермой до тех пор, пока единственное, что она сможет стонать, думать, чувствовать или пробовать на вкус, это мое имя на ее языке.
— Тебе нравится знать, что люди могут видеть, как я еду на тебе, Нико?
Плотская потребность распространяется через мою грудь.
Я смотрю на подпрыгивающие сиськи Лили, каждый идеальный сосок с камушками. Как, черт возьми, мне так повезло?
— Как бы мне ни хотелось знать, что твоя книга обо мне.
Она борется с моей хваткой на ее волосах. Лили прижимается своим лбом к моему, ее движения становятся все более неровными. Моя свободная рука направляет ее бедра в более устойчивый темп.
— Это намного лучше, чем то, что я выражаю словами, — говорит она.
— Признайся, Лили.
Я инстинктивно тянусь к ней левой рукой, но кожа и металл практически сшиты вместе. Она видит мою борьбу и улыбается сквозь крещендо стонов, вырывающихся из нее.
— Признай, что ты хотела меня так же долго, как я хотел тебя. Признай, что ты моя. Признай, что ты принадлежишь мне.
Она напрягается вокруг меня. Я в нескольких секундах от того, чтобы потерять себя внутри нее.
Лили снова вонзает ногти в мою плоть. Ее рот нападает на мой, пока у меня не появляются синяки от зубов. Мой член погружается глубже в нее, ударяя там, где она заканчивается. Она кричит.
Не думаю, что я когда-либо был таким чертовски жестким.
— Черт возьми, — ругается она в пространство между нами, ее бедра сдавливают мои ноги, когда она стабилизируется на моей длине.
— Я в твоей власти, Лили, — обещаю я. — Ты не потеряешь себя, если сдашься. У тебя есть я, а у меня есть ты.