- Я тоже, - пискнула Морвин.
- Наверх смотрите, остолопы! – взревел вдруг Айш-нор, срываясь с моего плеча и заводя вираж в сторону.
Мы не стали, подобно героям какого-то глупого ужастика, поднимать головы, нет. Вместо этого все дружно бросились в рассыпную. И это оказалось верным решением.
Буквально секунду спустя на том месте, где мы сгрудились, с жутким грохотом приземлилась кошмарная тварь. Высокая, добрых три метра ростом, с толстенными мускулистыми ногами и шестью руками, она глядела сразу на всех нас тремя искажёнными чудовищной мукой лицами. Перекошенные рты, казалось, издавали немой вопль, из шести глаз текла омерзительная жижа.
Чудовище было заковано в тяжелую стальную броню, которая буквально-таки светилась от наполняющей её магической энергии. Вот ни на секунду не сомневаюсь, что направленной на защиту. Голову твари оберегало нечто, больше всего напоминающее испанский морион, а в каждой руке оно держало по длинному кривому кинжалу.
- Что это? – пискнула Морвин.
Монстр дернулся, повернулся в её сторону и, не говоря ни слова, бросился на девочку.
- А ну стой! – взревел я, швыряя ему под ноги Длань Мертвых. – Не пущу!
Костяные руки не смогли блокировать тварь, но задержали её на пару секунд, чего хватило Шень Сюин. Китаянка заслонила собой девочку, её меч налился багровым, и пожирательница взмахнула им, выпуская с кончика сгусток смертоносной энергии, который со всего размаху влетел в грудную пластину нашего врага… и бесславно рассеялся, поглощённый магической защитой.
Начало бою было положено.
На нашей стороне оказалось численное преимущество, на стороне твари – поразительная живучесть и фантастическая сила.
Она не использовала магии, но ей того и не требовалось. Подпрыгнув к Сюин, монстр ударил ту ногой с такой силой, что искажённая отлетела назад подобно тряпичной кукле, сбив Морвин. Обе девушки рухнули на пол, но слепую тварь в этот момент атаковали Ананда с Илэром.
Огненные шары вперемешку с лучами из ружья боли застучали по металлическим пластинам, но, увы, безрезультатно. Тогда к делу подключился я, отправив одну за другим четыре Стрелы Древних.
Увы, с точно таким же нулевым эффектом. Хотя нет, последний заряд угодил, похоже, в ослабленный участок, и на металле появилась хорошо заметная выщербина.
Это не понравилось хозяину доспехов, тот подскочил ко мне и, не давая сменить положения, ударил сразу четырьмя руками, намереваясь порезать на кусочки.
Я активировал щит, с трудом принял на него клинки, после чего ткнул копьем, которое вонзилось монстру в плечо. И вот тогда-то его проняло по-настоящему.
Тварь дико взревела, и от этого её крика я упал на колени, ощутив внезапную слабость.
Копье выпало из трясущихся рук, а щит исчез. Я не мог пошевелить даже губами. Мысли в голове путались, а перед глазами плыли разноцветные круги.
Но опускающиеся кинжалы видел отчётливо.
В этот самый момент на монстра налетела превратившаяся в нечто, напоминающее водоворот, Ганья. Я не различал её ударов, так быстро бесовка лупила врага, зато мог лицезреть непрерывно тускнеющие защитные артефакты слепой твари.
Но та ещё не была побеждена. В какой-то момент она сумела подловить нашу новую спутницу и со всего размаха рубанула ту поперек груди. Ганья с воплем отлетела назад, а к драке присоединился ещё один боец, терпеливо ожидавший удачного момента.
Иоганн налетел на слепого монстра со спины и рубанул его под коленку. Клинок охотника прошел сквозь броню слепой твари точно раскалённый нож сквозь масло.
Шестирукий опять взревел, попытался отмахнуться, но тут слева нарисовалась Шень Сюин, которая со всей дури ударила ему по правой ноге, перерубая ту.
Мне полегчало, а потому я схватил копье и со всего размаха всадил его монстру в лицо.
Иоганн с Шень Сюин крест на крест рубанули по спине.
Я ткнул монстра в живот.
Китаянка снесла ему сразу две руки.
А после этого Иоганн, наконец-то, поставил точку в бою, перерубив твари шею. Та сделала еще пару шагов и повалилась на землю, едва не придавив меня тушей.
Мы еще несколько минут напряженно оглядывались по сторонам, ожидая какой-нибудь подвох, но его не было. Мрачный склеп, выбранный демоном в качестве логова, полностью лишился какой бы то ни было таинственности и налета мистицизма, превратившись в обычный древний могильник.
- Ганья, ты как? – первым вспомнил о нашей спутнице я.