- Техномаги… - наш чародей как бы распробовал это слово. – А знаете ли вы, что ещё каких-то пять сотен лет назад таких чародеев гордо звали кузнецами Гоинбу? Но времена изменились, магов, способных вдохнуть жизнь в механизм, переименовали. А всё почему? Потому что машины ворвались в мир. Автомобили, поезда, самолёты! Тысячи изобретений, вершина человеческого гения… Кошмарные тюрьмы для существ из иных планов бытия.
Он посмотрел мне на плечо и произнес тихо:
- Не правда ли, о Судия?
- Всё так, - нехотя признал Айш-нор. – Я с содроганьем помню годы, что в рабстве смертных прозябал.
- Именно, - вздохнул чародей. – Это было настоящее рабство для множества разумных существ, чья вина, если так разобраться, заключалась лишь в той пользе, что они могли принести Дамхейну. Призыватели безо всякой жалости тащили их сюда, запирая и заставляя веками работать себе на благо.
Он вздохнул и махнул рукой, давая понять сколь сильно раздосадован такой несправедливостью.
- Наливайте чай и берите пирожные, они вкусные. Готов поспорить, что в большом мире вы нечасто балуетесь подобным.
Я не стал манерничать, а пододвинул заварочник, плеснул себе и близнецам чая, после этого залил чашки кипятком и бросил пару кусков колотого сахара.
Не думаю, что этот хрен с горы будет нас травить. К чему такие сложности? А поэтому…
Я наполнил тарелку пирожными, прихватил бисквитное печенье и передал то Чуче, который тотчас же впился зубами в угощение.
- Так, на чем я остановился… - маг задумался. – Ах, да, вопрос об автоматоне. Всё просто, я – гений.
Он не хвастался или глумился, нет. Наш хозяин был совершенно серьёзен и даже не думал шутить.
- Так вот, - продолжил он. – Я владею сразу тремя школами магии и освоил их в совершенстве.
На Ананду было страшно смотреть. Южанка вытаращилась на Патрика, точно всё тот же Шварценеггер в конце фильма «Вспомнить все».
- Т-т-три? – с трудом прошептала она. – Какие?
Я думал, что он откажется говорить, но нет. Судя по-всему, хозяин этих мест не считал нас даже теоретически опасными для себя.
- Техномагия, - загнул он один палец, - пространственная магия. И, наконец, темпоральная магия.
Повисло молчание.
- Магия… времени? – прошептала Ананда. – Та самая, легендарная?
- Та самая, - подтвердил чародей. – Более того, насколько я знаю, в этой части нашего разбитого мира со времен Последней Войны не рождалось больше чародеев, подобных мне.
Последней войны? Погодите, это значит…
- Сколько же вам лет? – задал я вопрос.
- Около трёхсот, - просто ответил чародей. – Понимаете ли, молодой человек, я был одним из двух темпоральных магов Дамхейна, заставших Последнюю Войну. Мой коллега, увы, усиливал собой нашего вероятного противника, и, когда началось, мы ударили друг по другу. Это было обязательно, знаете ли. Маги времени чересчур опасны, чтобы оставлять их в живых. Замечу, что оба мы использовали схожие чары, но, всё-таки, смею надеяться, что я оказался капельку сильнее и полностью уничтожил моего оппонента. А заодно и территорию площадью в несколько десятков тысяч квадратных километров. Впрочем, нельзя сказать, что его атака не увенчалась успехом. Я выжил лишь чудом… И, если честно, даже не уверен, применим ли данный термин ко мне. Я чем-то похож на одну мою соседку с востока, - усмехнулся он. – Помнится, мы как-то общались с ней на эту тему, но так и не смогли прийти к заключению, можно ли считать нас живыми. Я считаю, что её – точно нет, а вот со мной имеются нюансы, она думает иначе… Но вы кушайте, кушайте. Времени у нас с избытком.
И я кушал.
Пирожные и правда оказались восхитительными. Я и на Земле не часто пробовал такую вкусностищу, а уж получить нечто подобное здесь… Поразительно.
- Они вас не насытят, конечно же, - вздохнул чародей, - но хотя бы побалуете вкусовые сосочки.
- Почему не насытят? – пискнула Морвин с набитым ртом.
- Потому, юная особа, что они не реальные, а скорее, - он прищелкнул пальцами, подбирая подходящее слово, - воспоминание о настоящих пирожных. Тут всё очень сложно, мне придется объяснять вам особенности темпоральной магии… А я не хочу заниматься такими скучными вещами. Это то же самое, что рассказывать слепому как выглядит голубой цвет или пересказывать глухому фортепианную пьесу. Понимаете?
- Маг времени? – внезапно заговорил Айш-нор. – Впервые слышу. Я думал, бег его нельзя вспять повернуть.
- Нельзя, уважаемый архидемон, - согласился чародей. – Даже темпоральному магу подобное не под силу. Ну, точнее… - он сделал неопределенный жест. – Короче говоря, есть нюансы, которые, как я уже сказал, невозможно объяснить тому, кто не наделен даром, подобным моему. Скажу лишь, что магия времени издревле считалась одной из самых сильных и опасных в Дамхейне. И, если я вас правильно понимаю, по каким-то неведомым причинам может быть уникальной для нашего мира.