— Да Володька, скотина такая, все деньги забрал! — неожиданно зло, со слезой в голосе, выдала Тамара, — ни копейки не дал!
— А куда он их дел? — подтолкнула неповоротливые мысли в хмельной голове в нужную сторону, — что купил?
— Да ни черта он не купил! — огрызнулась Тамара, — спрятал поди куда.
— А зачем ему деньги? — попробовала выяснить я, но Тамарку опять понесло:
— Так ты деньги несёшь?
— Я же сказала, сейчас принесу, — пообещала я, — но только после того, как ты скажешь, где документы?
— В тумбочке! Где обычно! — отмахнулась Тамарка.
— У вас дома? — переспросила я.
— Ну а куда им ещё деваться! — зевнула Тамарка и попросила, — что-то да, пошамать хочется.
— Стой тут, сейчас я принесу деньги и поесть.
Я закрыла дверь и вернулась обратно, оставив пьяную Тамарку на лестничной площадке. Приглашать её к себе в квартиру как-то не хотелось. Во-первых, после всего того, что она натворила с их с Любой отцом, во-вторых, пьяная и неадекватная, сейчас весь дом перебудит, а у Анжелики завтра экзамен. Ну и, в-третьих, у неё есть своё жильё буквально недалеко от меня. И родной муж. Вот пусть туда и возвращается.
Успокоив себя таким образом, я вытащила из кошелька двести пятьдесят рублей, взяла на кухне штук пять оладушек, немного подумала, достала из холодильника колбасу, отрезала пару колечек, сделала ещё бутерброд.
Понимаю, что мужикам хорошая закусь будет, но и Тамарке что-то перепадёт. А то не по-людски как-то.
— Держи! — я вышла в подъезд и протянула Тамарке бутерброд.
— Что ты мне подсовываешь⁈ — возмутилась она, — ты же деньги обещала!
— Деньги вот, — показала я купюры Тамарке.
— Давай! — радостно велела она.
— После того, как ты съешь этот бутерброд.
— Да ты что, совсем уже? — набычилась она. — Еду тоже давай, я потом съем.
— Нет, Тамара, у меня условие такое, — покачала головой я, — ты ешь тут и получаешь деньги. Не ешь — не получаешь. Так что, давай, ешь. Пока переругиваешься, уже бы доела давно. Мужики тебя ждут же.
— Это Толян и Витёк, — хвастливо сказала Тамарка и откусила бутерброд.
— Друзья твои? — поддерживала я разговор, давая ей возможность поесть.
— Толян залётный, а вот Витёк порядочный, — мечтательно закатила глаза Тамарка и, жуя, уважительно протянула, — он инженер.
— И что, он такой прямо с будуна на работу ходит? — удивилась я, с тоской наблюдая, как Тамарка, распробовав еду, жадно поглощает её.
Какая же она голодная.
— Он ушел, — вскинулась Тамарка, — его на работе не ценили. Завидовали. А он — настоящий талант!
— Понятно, — сказала я.
Возникла пауза. Тамарка жевала, а я ждала, когда она доест. Спать хотелось неимоверно, а доклад я дай бог написала хорошо если половину.
Я смотрела на Тамарку и думала: вот как на ней женился Владимир этот? Ну, муж её. Что он в ней нашел? Она глуповата, характер не сахар, красотой не блещет, а сейчас, когда спиваться начала — и подавно. Но он с нею тем не менее не разводится. Интересно, почему? Вряд ли из-за дома деда Василия. Скорее, это просто приятный бонус, не больше.
Тогда что же тогда?