Магазинчик бесценных вещей: читать начало книги онлайн

– Те, кто создает маленькие шедевры. – Аделаида подмигивает мне, вертя между пальцами оригами.

Девочка хватается за лестницу. Я пытаюсь сохранить равновесие.

– Не могу сказать, что мне нравится этот дом, – говорит вдруг Аделаида. – Но один восхитительный человек здесь точно живет. – Она таращится на меня. – Ты замечала таблички?

– К-какие таблички?

– Которые висят по всему коридору. Типа: «Осторожно, ступенька!», «Кто знает, что ищет, тот найдет это и с закрытыми глазами».

– А, эти…

Я чувствую, как у меня загораются щеки.

– Кто бы мог их написать?

– Честно говоря, вообще без понятия.

– Очень жаль, мне было бы интересно познакомиться с этим человеком – готова поспорить, что он же и оригами делает. Хоть кто-то творческий! Тут таких прямо-таки не хватало. – Она понимающе улыбается мне.

Не зная, что делать, я пытаюсь улыбнуться ей в ответ, но, кажется, у меня выходит только странная гримаса. Я не готова поддерживать беседу, я тут просто лампочку меняла.

Аделаида с любопытством рассматривает мои защитные ботинки, проводит взглядом по комбинезону и останавливает его на волосах, собранных в пучок и заколотых красным строительным карандашом.

– Это Арья, – сообщает она, кладя руку девочке на плечо. – А я Аделаида.

Мне стыдно, что я уже это знаю. Что я за человек такой? Шпионю за жильцами. Пытаюсь все контролировать, будто я тут хозяйка. И при этом не могу даже нормально поддержать разговор с соседкой.

Аделаида протягивает мне руку для рукопожатия, вынуждая меня спуститься со стремянки. Перед тем как пожать ей руку, я вытираю ладонь о комбинезон.

– Гея.

– Гея, какое красивое имя!

Девочка тоже протягивает мне свою маленькую ручку.

– Ты слесарь?

– Это Гея, она носит имя богини, – объясняет мать. – Знаешь, я тут читаю одну очень интересную книжку, – говорит она, положив мне руку на предплечье. – По мнению писательницы, мы, женщины, находимся под влиянием архетипов. И если мы это осознаем, то станем властны над самими собой и, как следствие, над окружающим миром. Под архетипами она подразумевает древнегреческих богинь. Каждая из нас, как она считает, живет под влиянием одной или нескольких богинь и получает от них дары, которые должна с благодарностью принять, и пороки, которые должна признать.

Куда бы я ни пошла, хоть бы и на свою же лестничную клетку, я везде спотыкаюсь о прошлое. Спотыкаюсь о своего отца. Он считал, что древние греки уже открыли все, что нужно человеку и обществу для развития. Андреа в переводе с греческого означает «мужественный, отважный, сильный, непокоренный». Всего этого он ожидал от сына и не уставал изо дня в день ему об этом напоминать. Для меня он выбрал имя Гея, имя первородной богини, породившей землю, небо и море, прародительницы титанов и всех остальных богов, матери всего живого. Возможно, это должно было придать мне сил, но единственное, что это мне на самом деле дало, – устойчивое, пусть и смутное, чувство собственной неполноценности.

Я не признаюсь в этом Аделаиде – боюсь ее разочаровать, – но если во мне действительно живет богиня, то я понятия не имею, где она прячется. По правде говоря, я бы гораздо охотнее предпочла нормальное имя. Обычное имя, которое не значило бы ничего особенного. Тогда я сама смогу что-то значить.

– Ты мне нравишься, – выпаливает Аделаида.

Она говорит это как что-то само собой разумеющееся, что-то, не требующее разъяснений. Кажется, теперь она ждет, когда я вернусь к работе. Не понимая, что делать, я так и поступаю. Мне, конечно, стало легче. Не знаю, как объяснить: если я ей нравлюсь, значит, я существую и мое существование имеет смысл, так что я теперь чуточку живее, чем раньше. Приятно чувствовать себя живой. «Но все же интересно, – спрашиваю я себя, забираясь обратно на стремянку, – что же ей во мне нравится?» Что я слежу за домом? Мое сдержанное молчание? Комбинезон? Или эта фраза просто к слову пришлась? Может, ей что-то от меня нужно? Если так, можно было просто попросить.

Лампочка вкручена. Я приставляю плафон к потолку и прикручиваю его электрическим шуруповертом. Ограничиваюсь, в общем, тем, что умею, и пытаюсь отключить мозг.

– Хочешь, проверю? – спрашивает Аделаида, подходя к стене и кладя руку на выключатель.

– Спасибо.

– Работает! – восклицает девочка, когда загорается свет. – Волшебство!

Я спускаюсь со стремянки и складываю ее. Выключаю шуруповерт из розетки и кладу его в чехол. Аделаида с дочкой все еще стоят передо мной.

– Мы живем этажом выше, в квартире с противоположной стороны, – объясняет Аделаида, увидев, что я открываю дверь своей квартиры. – Жалко, не получится перестукиваться швабрами… Но вообще, это и хорошо, не будешь слышать, как я гоняюсь за Арьей, когда приходит пора ее купать.