Тот снова с подозрением уставился на коллегу. Симоне было трудно провести, но ему не терпелось скорее уйти домой, а потому не было ни малейшего желания что-нибудь обсуждать.
– Девчонки пожаловались, что хозяин клуба без стука входит в душевую и подглядывает за ними. Еще один бред, порожденный делом Вайнштейна, – прибавил он презрительно и горько.
Сервас вздрогнул.
– А как его зовут?
Взгляд Симоне стал острым. Он прикидывал, что может сообщить и что за это может попросить взамен. Такие сделки – обычное дело для сыщиков.
– Франсуа-Режис Берко. А что? Тебе это о чем-то говорит?
– Абсолютно ни о чем.
Симоне медленно покачал головой.
– Сервас, – рявкнул он, – кончай держать меня за дурака!
– Это старая история… прошло уже двадцать пять лет, – сдался Мартен. – Да бог с ней… Ничего важного.
– Двадцать пять лет? Серьезно? – поднял его на смех Симоне. – Да черт тебя побери, Сервас! Вот уж точно, мастер ты время терять! Ты что, думаешь, мне больше заняться нечем, кроме как рыться в пыли?
«Тебе-то уж точно нечем заняться», – подумал Мартен. Он повернулся и пошел к двери. Симоне прав. Это всего лишь совпадение. Так бывает во всех уголовных делах: кажется, что маленькие детали могут куда-то привести, а на самом деле это только сухие ветки, не имеющие к делу никакого отношения. Есть такой тип совпадений, который дает пищу для рассуждений и неисправимым скептикам, и любителям теорий заговора, и тем, кому нравится пересматривать историю в надежде найти истину совсем в другом месте.
Он вышел в коридор. За какой-то из дверей зазвонил телефон. Похоже, это в его кабинете… Сервас быстро зашагал к кабинету, открыл дверь, и звук телефонного звонка стал громче. Он взял трубку.
– Какой-то человек хочет поговорить с вами, – услышал он голос воскресного дежурного.
– У меня нет времени; скажите…
– Он назвался фанатом и говорит, что хочет с вами поговорить о Гюставе… такой настырный…
– Что?
– Я не очень хорошо понял; он говорит, что он фанат, и…
– Я понял! Передайте ему трубку!
В горле у него стоял ком, кровь стучала в висках.
– Алло!
– Хочешь снова увидеть Гюстава, ты, ублюдок? Освободи Эрика Ланга, и ты его получишь. Иначе… Даю тебе час на размышление. Это я тебе сейчас звоню…
Щелчок… он узнал голос.
Хрипловатый и визгливый голос человека, который мало общается с людьми: голос Реми Манделя.
9. Воскресенье
Деревня
Сервас промчался по улицам, припарковал машину внизу у своего дома на охраняемой стоянке, бегом пробрался между машинами и выскочил на тротуар. Поднимаясь в тесном, скрипучем лифте, от нетерпения бил кулаком по дверце.
– Ну, скорее же!
Он орал, и ему было наплевать, слышат его или нет. Когда лифт остановился, Мартен с яростью толкнул дверцу и выбежал на площадку. Позвонил, повернул медную дверную ручку. Дверь была не заперта. Он бросился внутрь. Позвал. Влетел в гостиную, и перед собой увидел ошеломленное лицо няни.
– Где он?! – выкрикнул Сервас.
Она испуганно таращилась на него.