— Она могла кого-нибудь встретить в ходе своих… изысканий?
— Что значит «кого-нибудь встретить»?.. Селия со многими встречалась; она считала себя не только художницей, но и журналисткой.
— Она никогда не говорила о ком-нибудь особенном?
— Нет… я не готовила ту выставку.
Мартен вздохнул и поблагодарил хозяйку галереи.
— Ты уверен, что всё в порядке, Мартен? Голос у тебя какой-то… странный, — заметила та.
— Все хорошо, но спасибо, что спросила.
— Береги себя. Целую, пока.
Сервас снова взглянул на фотографию. Покорение пространства… Сложная область на стыке науки и политики. Сколько жителей Тулузы и окрестностей задействовано — так или иначе — в этой отрасли? Тысячи… А он даже не знает, что ищет.
— Снова снег, поверить не могу! — произнес знакомый голос у него за спиной.
Сервас обернулся и улыбнулся, глядя на молодого человека в мятом плаще «Барберри», который деловито отряхивался, что-то недовольно бурча себе под нос. У него было пухлое толстощекое лицо сладкоежки, светло-каштановые волосы и безалаберный вид подростка, который слишком много времени проводит за компьютером, видеоиграми и комиксами. Лейтенант Венсан Эсперандье в свои тридцать два года имел двоих детей — один из них был крестником Серваса — и красавицу-жену, одну из самых блестящих женщин Тулузы. Ту самую, с которой недавно встречался сыщик, ту самую, которой только что звонил.
— Привет, — сказал Венсан.
Из висевших у него на груди наушников доносилась музыка. «Смахивает на треск сверчка…» — подумал Мартен. Эсперандье вытащил из кармана айфон и ткнул пальцем с обгрызенным до мяса ногтем в кнопку, перекрыв кислород группе Killers, оравшим «All These Things Iʼve Done».[150]
— Шарлен сказала, что ты заходил, интересовался художницей — той, что убила себя в гостинице… — сказал он. — Что происходит? Узнал что-то новое?
Сервас посмотрел на своего заместителя, а потом достал жемчужно-серую коробочку и протянул ему:
— Вот, держи. Может, сумеешь разузнать, где ее сделали и где продали? Внутри есть марка.
Венсан нахмурился:
— Это официальный запрос? Ты ведешь расследование? Решил вернуться?
— Не сейчас…
— Я навел справки. Дело закрыто, Мартен. Это самоубийство.
— Знаю. Как в деле Аллегра.
— Так, да не так. Здесь вскрытие делал Дельмас.
— Это я тоже знаю. Он уверен, что художница покончила с собой.
— Дельмас с тобой говорил? — Эсперандье не сумел скрыть изумления. — Когда?
— Не имеет значения. Мог кто-нибудь подтолкнуть ее к самоубийству?..
— Так ты общался с Дельмасом или нет? — не успокаивался лейтенант. — Чем ты в действительности занят?
— Что, если за всей этой историей кто-нибудь стоит?..
— О чем ты?
— Преследование, манипуляция, насилие…
— У тебя есть доказательства?
[150] «Все то, что я сделал» (англ.).