— Черт! Мерзавка меня располосовала!
Венсан схватил девушку за другую руку и сильно сжал. Она отбивалась, как разъяренная тигрица.
— Отпусти, грязный легавый! Убери от меня свои мерзкие грабли, ублюдок!
— Успокойтесь! И заткнитесь, если не хотите, чтобы мы вас «закрыли»!
— Я ничего не знаю! Не имеете права так обращаться с женщиной! Отпустите, дерьмаки!
Она шипела и плевалась, как взбесившееся животное. И в тот момент, когда Сервас собрался помочь лейтенанту, со всего размаха ударилась головой об стену.
— Вы меня ударили! — заорала она. — У меня кровь! На помощь! Насилуют!
Эсперандье попытался закрыть ей рот ладонью, чтобы вопли не взбудоражили немногих оставшихся обитателей здания. Она тут же его укусила. Он дернулся, как от удара электротоком, и размахнулся, собираясь влепить ей оплеуху, но Сервас удержал его руку.
— Нет.
Майор отпер дверь, и девушка немного успокоилась. Ее глубоко посаженные глазки метали молнии, она понимала, что попала в ловушку. Лоб у нее кровоточил, на запястьях остались следы от захвата Эсперандье.
— Мы хотим просто поговорить с Хайзенбергом, — спокойно сказал Сервас.
Девушка присела на край кровати, откинула назад голову и начала промокать кровь на лбу полой майки, выставив напоказ крошечную грудь в лиловом лифчике.
— Что вы хотите ему сказать?
— У нас есть вопросы.
— Я — Хайзенберг.
Сервас и Эсперандье переглянулись. На мгновение им обоим пришла в голову мысль, что девица их морочит, но Сервас понял, что это не так. Наркополицейские не сказали, что Хайзенберг — женщина; они наверняка здорово веселились, представляя, какие лица будут у коллег-соперников, когда они «познакомятся» со строптивым осведомителем.
— Сажайте, я все равно не стану отвечать. У меня договор. Это даже где-то записано.
— Мы о нем и слыхом не слыхивали.
— Да вы что? Мне очень жаль, но это работает именно так, парни. Я беседую только с людьми из наркоотдела. Вы не имеете права так со мной обращаться!
— Вынужден тебя огорчить: правила изменились. Звони куратору, если хочешь. Давай. Пусть он подтвердит… Нам нужны ответы, у тебя больше нет иммунитета, так что одно из двух: либо отвечаешь, либо отправляешься за решетку.
Девушка сверлила сыщиков злыми зелеными глазами, пытаясь понять, не блефуют ли они.
— Звони куратору, кому сказано! — Сервас решил надавить.
Она сдалась.
— Что вам нужно?
— Задать несколько вопросов.
— Каких еще вопросов?
— А вот каких: Поль Лаказ — твой клиент?
— Что-о-о?
— Поль Ла…
— Цыпленочек, я знаю, кто такой Поль Лаказ. Вы что, издеваетесь? Думаете, такой, как он, стал бы рисковать, заправляясь у меня? Вы совсем охренели?