«Ур-р! Ур-р!»
— Я тебе скажу, что ты сделал. Ты пошёл на пастбище и высосал всё молоко у Джуны. А потом явился в гавань и утащил у Карла Ларсена большого лосося. Хорошо ты поступил?
При слове «лосось» Бастер энергично закивал головой.
— И он стрелял в тебя! Тебя могли убить.
Бастеру нечего было возразить.
— Поэтому мы были вынуждены ради спасения твоей же жизни запереть тебя в сарае.
Клинт расплющил ещё одну заклёпку и посмотрел на висевший на гвозде над верстаком ошейник, украшенный медными кнопками.
— На собственные деньги я купил тебе красивый ошейник, чтобы ты хоть на привязи, но мог быть во дворе, пока меня нет дома. А ты что натворил?
Тюлень сделал вид, что не помнит.
— Как только я ушёл, ты тотчас вылез из ошейника — вот что! Голова у тебя вытянутая, и тебе что из ошейника вылезть, что из воды.
При слове «вода» Бастер поднялся на задние ласты и стал показывать на дверь.
— Когда с тобой случилось несчастье, — продолжал Клинт, — ты себя вёл хорошо, потому что один ласт у тебя был привязан. В этой сбруе ласты у тебя будут свободны, поэтому, пожалуйста, не придумывай, как из неё вылезти. Будешь вести себя как следует, сможешь проводить на дворе целые дни.
«Ур-р! Ур-р!»
Бастер хотел бы сейчас же очутиться на дворе.
— Потерпи, я постараюсь управиться побыстрей, и ты ещё до обеда успеешь выкупаться.
Но сбруя ещё не была закончена, когда пришёл отец и сказал, что обед готов.
Отец осмотрел сбрую.
— Такая и быка удержит, — похвалил он.
Он подождал, пока Клинт приладит все заклёпки.
— Ну вот. — Клинт положил молоток. — Пойдём, Бастер, опробуешь её, пока мы будем обедать.
Бастер охотно вышел вместе с ними из сарая. С меньшей охотой позволил надеть на себя сбрую и застегнуть ремни на спине.
— Подтяни потуже, — посоветовал отец. — Если он вылезет из этой сбруи, то его вообще ничем не удержишь.
Клинту казалось, что ремни слишком тугие, но, в конце концов, решил он, потом их можно ослабить. Так всё-таки лучше, чем когда Бастер исчезает, а ты сидишь и ждёшь беды.
К сбруе на спине прикрепили длинную верёвку, другой конец её, с кольцом, надет был на проволоку, на которой обычно сушилось бельё.
— Вот и всё, Бастер. Теперь будешь бегать по двору взад и вперёд, как троллейбус по проводам. Веди себя хорошо, тогда сразу после обеда пойдём купаться.
— Надеюсь, он не убежит, — сказал отец. — А теперь скорее, пока мама не вышла за нами.
Но мама уже вышла на крыльцо и звала их:
— Обед давно готов и уже остыл. Не знаю, право, кто из вас ведёт себя хуже!
— Мы только что закончили работу, — ответил Клинт. — Теперь Бастер может целый день быть во дворе, и ничего с ним не случится.
Они уселись за стол, отец явно был в хорошем настроении.