Разрушенные (ЛП) : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Спасибо тебе, — сказала я, когда Фокс так нежно расположил меня в дорогой машине и пристегнул ремнем. Меня захватил приятный запах шоколада от его волос, в моем желудке запорхали бабочки от того, каким внимательным и заботливым он был.

— За что? — он выпрямился, серые облака обрамляли его одетое в черное тело.

— За это. — Я кивнула на поле и лошадей. — За то, что позаботился обо всем. Подарил ей кусочек себя.

Он повел плечами и хмыкнул. Избегая моего взгляда, он сказал:

— Я хотел воплотить ее мечты в жизнь. Я подумал, что если она будет здесь, она в конечном итоге станет частью лошадей, эволюционирует в... большее. Станет тем, кем больше всего хотела.

В моем горле застрял комок, и я опустила глаза. Кто был этот мужчина? Этот поврежденный, со шрамами, загадочный мужчина? Мне нравилась мысль, что Клара изменится — будет всегда счастливой. Мне нравились причины, почему он выбрал это место.

Я не отводила взгляда от Фокса, когда он спереди обошел машину и забрался на водительское сиденье. Он двигался с тяжелым покровом печали вокруг его плеч — приглушенным и мрачным.

Двигатель взревел, затем издал гул, когда он повернул ключ. Он посмотрел на меня.

— Готова?

Никогда.

Паника вернулась и потребовалась вся моя сила воли, чтобы остаться в машине.

Комок застрял в моем горле, но я кивнула.

— Настолько готова, насколько могу быть.

Лицо Фокса исказила гримаса, и он поставил машину на передачу.

Мы не сказали ни слова, когда он ехал по грязной дороге. С каждым метром мое сердце задыхалось все больше и больше. Я оставляла ее позади!

Черт, это было сложно. Очень сложно.

В конце поля Фокс вышел и открыл ворота. Его спина согнулась, когда он тащил заграждение по грязи. Вернувшись в машину, он поехал, закрыв большие ворота позади нас, и свернул налево на шоссе.

Слезы образовались в моих глазах, когда солнце снова показалось из-за облаков, освещая холм позади нас. Я не хотела уезжать. Никогда не хотела думать, что Клара останется одна в поле без убежища. Я должна была построить палатку, гробницу, что-то, чтобы обеспечить ее безопасность.

Она ни в чем не нуждается. Она ушла.

Слезы снова нахлынули. Так же, как это убивало меня — я должна была помнить, что она была выше физических потребностей. Она была свободна.

Фокс улыбался мне, но мы не проронили ни слова. Оба слишком чувствительные, нам было слишком больно осознавать, что маленькая душа, что свела нас вместе, больше не с нами.

Когда мы мчались в цивилизацию, я сжала свои руки и пыталась свести нервозность до минимума. С каждым километром я глубже и глубже погружалась в свое сиденье. Я не хотела возвращаться в «Обсидиан». Я не думала, что смогу ходить по дому, где Клара испустила свой последний вдох. Я больше и шагу не хотела делать в это место.

Напряжение в машине нарастало, и моя кожа была гиперчувствительной к его прикосновениям. После того как я посмотрела в лицо смерти, мне нужно было напоминание о жизни. Мне нужно было поверить, что Клу была права и что существовала такая штука как реинкарнация или лучшая жизнь. Мне было необходимо, чтобы Фокс напомнил мне, что я не могу сдаться.

Фокс замедлился на светофоре. Его рука исчезла в его кармане и вытащила ожерелье Клары со звездочкой.

Я сделала глубокий вдох. Мое сердце забилось сильнее, когда он благоговейно застегнул его вокруг шеи. Он погладил серебро, на его лице отражалась любовь и печаль.

Я посмотрела в сторону, не в состоянии вынести острые стрелы печали, что вонзились мне в душу. Боль от ее смерти была поделена — вторая половина досталась мужчине, который знал ее такой короткий срок. Мужчине, которого я все еще по-настоящему не знала.

Загорелся зеленый, и Фокс тяжело вздохнул. Поставив машину на передачу, он мчался по дороге и пригороду, который я не знала.

Километр за километром мы проводили в тишине. Либо слишком озабоченные смертью Клары, чтобы рисковать говорить, либо выяснять, исчерпан ли наш спор в достаточной мере, чтобы переходить к чему-то новому.

Он выглядел таким странным, таким сильным, когда носил серебряную цепочку. До этого момента, единственные украшения, которые он носил, были шрамы и татуировки, но глубоко в своем сердце я знала, что он никогда не снимет это. Каждый раз, когда я буду смотреть, как он носит ожерелье, это будет напоминать мне о ней. Я буду помнить ее. Так как это и должно быть.

— Куда ты ездил? — спросила я, когда мы ехали дальше по дороге через город.