Выход: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 21

Обыскать все поселение так и не получилось. Я поначалу не понял что происходит и почему тело начинает охватывать сильный жар, медленно переходящий в выворачивающую мышцы боль…, но потом наконец-то сообразил что тут к чему и пожелал увидеть строки своего статуса. После чего замер посреди улицы, не веря абсолютно далеким от здравого смысла цифрам. Оказалось что за эту бойню я получил двадцать девять рангов. Причем, судя по длинному списку посланий, двенадцать из них система выдала за местного владетеля и еще семь за того мерзкого носатого мага. Ну а учитывая то, что из-за резкого скачка сила выросла сразу на два десятка, да и выносливость поднялась до тридцати… Совсем неудивительно, что мое тело начало превращаться в один большой кусок выворачиваемой болью плоти. Поначалу меня от этого берегли получаемые ранги и сильно ослабляющее мучения исцеление, но после пустой беготни по деревне эта проблема стала острее любой иглы швеи… и мне пришлось спешно искать укрытие чтобы переждать эти ужасные муки.

Забежав в ближайший дом и удивленно встретившись со взглядом сидевшего за столом рогатого старика, я даже не стал уворачиваться от брошенного им ножа. Сила броска была настолько мала, что лезвие просто отскочило от моей кожи, не оставив на ней даже самой малой царапинки. Брошенный же в ответ топор просто откинул противника на стену… позволяя мне увидеть его отсутствующие ниже колен ноги, объясняя почему он даже не попытался убежать из деревни, которую захлестнула волна многочисленных смертей в моем лице. Хотя его спокойствию можно было позавидовать, так как в момент моего прихода он просто обедал.

Взяв горшок с еще неостывшей похлебкой, я выпил ее в несколько больших жадных глотков. Затем смял и сунул в рот кусок хлеба и лишь поев, принялся рыскать по хате, выискивая имеющуюся практически в каждом доме дверцу ведущую в погреб в котором обычно хранились всякие соления в бочках или вяленное мясо. Ну а обнаружив крышку прямо под, кажется, стоявшем не на своем месте столом, сразу понял что место в котором я хотел на время схорониться, было уже кем-то занято. Нисколько по этому поводу не обеспокоившись, просто приподнял большой квадрат пола вместе с прикрывавшим его ковриком и громко скрипнувшим ножками столом, посмотрел прямо в блеснувшие в отраженном свете, испуганные глаза девчонки. Помедлив немного и думая что с этим делать… не надумал ничего умного, ловко нырнул в погреб, захлопывая за собой крышку и надеясь что она не защемила ковер, делая мою ухоронку более приметной.

Девчонка испуганно пискнула в темноте, поняв что теперь не одна, но так и не успела начать метаться или кричать. Лишь слабо цапнула меня за палец, когда я нашел ее лицо, а потом и вовсе затихла, после того как ее тонкая шейка тихо хрустнула в моих руках. Избавившись же от соседствовавшей со мной разумной твари и затолкав ее тело ногами подальше от себя, сам скрутился на земляном полу и тихо-тихо заскулил, словно побитый пес, терпя ужасную, будто бы выворачивающую наизнанку и разрывающую мышцы боль стремительно изменяющегося тела.

Я становился другим человеком, проходя через страдания нового рождения и в какой-то момент кажется даже заплакал словно малый ребенок. А потом просто потерял сознание под гнетом этих мучений и провалился в темноту забытья… надеясь что умру прямо во время этих ’’родов’’, так и не увидев света этого проклятого, издыхающего по воле создателей, мира.

******

Не знаю сколько так пролежал, но судя по запаху начавшей подгнивать мертвечины, явно немало. Да и в желудке тянуло голодом, будто бы я не ел несколько дней. Благо, с проблемой еды справиться можно было до крайности легко. Стоило лишь поводить немного рукой по сторонам, как сразу же нашлась целая череда интересных бочонков у земляной стены, наполнение которых было сразу же и проверено. В одном обнаружился какой-то незнакомый горький напиток с привкусом хлеба, который просто прекрасно смочил мое пересохшее горло. А в других нашлись разные овощи, плавающие в крепко засоленной воде, которые на вкус оказались не менее горькими и даже немного щипали рот, но я не обратил на это никакого внимания и с большой радостью набил свой давно пустой живот.

Ну а, закончив с трапезой и прихватив с собой начатый бочонок со странным напитком, все же принялся выбираться из своей ухоронки. Удивительно легко откинул крышку погреба вместе со столом и, щурясь на проходящие через проем двери яркие лучи светила, вышел по лесенки наверх. Подобрал изгвазданный в засохшей крови топор с очень длинной ручкой и не желая и дальше нюхать вонь от поплывшего старика, без малейшей опаски сразу вышел на улицу. Там было еще ярче, поэтому, встав посреди дороги и привыкая к дневному свету, пожелал еще раз увидеть свои сильно изменившиеся личные характеристики. Ну а когда строки наконец-то появились перед лицом, будто бы до сих пор не веря в такой резкий скачек, принялся их рассматривать сквозь узкий прищур глаз.

[Дух — 1] [Интеллект — 10] [Ловкость — 27] [Выносливость — 30] [Сила — 71][Мирное владение — 12] [Боевое владение — 71]

Менее чем за полгода исполнил свою глупую мечту и стал вдвое сильнее своего отца, но радости от этого внутри меня вновь не нашлось. Я с печалью смотрел на уровнявшееся с силой боевое владение и думал лишь о том, что оно стало уже почти в шесть раз большим, нежели чем давно застрявшее на двенадцати мирное. Нет, меня это не огорчало, а скорее… просто напоминало о мирном прошлом, в котором я еще умел любить и мечтать. О мирных временах в которых я еще к чему-то стремился… и желал хоть чего-то помимо мести так похожим на людей разумным монстрам.

Как вскоре оказалось, деревня все же была не пуста. Пока я стоял посреди улицы и думал о своем, меня заметил мужик из бледных и сразу признав абсолютно голом и сильно загорелом чудаке явного врага, сразу поспешил предупредить воинов. Которые тут же собрались и поспешили окружить мою неподвижно замершую фигуру. Даже полностью закрыв глаза я чувствовал их суетливые движение и каким-то непонятным образом видел как охотники вскидывают свои луки. Видел… и узрел лишь два направления опасности. Три стрелы смогли оставить лишь небольшие ранки на моей прочной шкуре, которые тут же принялись медленно затягиваться, ну а от летевшей прямо в глаз я легко уклонился. Второй же опасностью стал усиливший свои руки враг с большим молотом, вознамерившийся пробить мне затылок. И у него это, скорее всего, даже получилось бы, но моя ладонь оказалась гораздо быстрее. Отпустив свой топор, я стремительно развернулся на месте и отвесил врагу такую пощечину… что его голова и верхняя часть тела мелкими брызгами оросили стену ближайшего дома.

Проверив на деле свое усиление и поняв что оно практически перестало разрывать мои укрепившиеся мышцы, я все же убрал его… А потом, поняв что справлюсь и без этого, устроил в многострадальной деревне еще одну бойню. Просто бежал и, словно слепой разъяренный медведь, уничтожал абсолютно все и вся на своем пути. Крушил дома, разрывал воинов, давил мирных и пинал изредка попадающихся монстров — сравнивал деревню с землей, чтобы некуда было возвращаться ни нам, ни им.

Чтобы у всех появлялся лишь страх при взгляде на эти руины. Ужас и желание обойти их самой дальней стороной.

Глава 22

Забрав жизни целой полусотни рогатых, из которых всего шестеро были воинами, я получил всего один новый ранг, неожиданно добавивший сразу две единицы самосовершенствования в характеристику силы. Такая щедрость системы конечно порадовала, но вот настолько небольшой рост наоборот удручал. Видимо я стал настолько силен, что все монстры, кроме разумных бойцов или охотников, уже не давали мне никакого боевого развития. Поэтому, посидев немного на крыльце полуразрушенного дома и потратив некоторое время на примерку собранных с мертвецов портков, я пришел к мысли о том, что теперь мне нужно искать не коконы, а занятые врагами деревни. Увы, ничего из одежды мне так и не подошло, так как большинство рогатых было ловкачами и ничего из их тряпья на меня просто не налезало. Поэтому вынужденно пришлось обмотать вокруг чресл чей-то плащ, словно короткую юбку до колен и наконец-то отправиться на поиски своих припрятанных в лесу мешков. И в очередной раз разочароваться.

Какая-то рогатая тварь не пожалела времени и собрала все мои топоры, в том числе и тот что подарил мне когда-то отец. Свои пожитки тоже не получилось найти, поэтому пришлось отправиться в путь налегке, прихватив с собой лишь немного найденной еды и один единственный, не очень удобный для меня топор. Даже когда укоротил его рукоять лучше не стало, так как он все также плохо лежал в руке. Да и… как бы не хотелось признавать правоту Амихаша, но оружие было слишком легким из-за увеличившейся силы и ощущалось в руке будто бестолковая детская игрушка.

Карта тоже пропала вместе с мешками, поэтому пришлось положиться на главную накатанную дорогу и встав на нее отправиться в долгий путь. Точнее… думал что он будет долгим, но выросшая выносливость и огромная сила позволяли оооочень долго бежать без остановок. Не чувствуя усталости и приноровившись есть прямо на ходу, двигался вперед с раннего утра и вплоть до самого заката… А к опустившимся сумеркам я уже ворвался в следующую деревню и сразу же взялся за уничтожение осевших там разумных тварей. Которые, к моей печали, начали довольно быстро разбегаться и удивительно слаженно уходить в леса. Видимо здешних воинов уже успели предупредить о моем буйстве в соседнем поселении и они уже придумали способы по спасению мирных нелюдей. Беря с собой только еду эти хитрые твари разделялись на небольшие ’’стаи’’ и расходились в разные стороны под командованием охотников и воинов. Поэтому, когда в деревне поднялся шум из-за моего вторжения, а я успел убить всего несколько десятков разумных чудовищ, большая часть уже устремилась к другим воротам и не позволила себя нагнать, каплями воды растворившись в этом бесконечном море деревьев.

Я конечно попытался хоть кого-то нагнать, но быстро бегающие лучники постоянно уводили меня от цели, постреливая издалека и сразу же исчезая в лесной зелени. А один раз они даже навели меня на кокон, видимо надеясь просто задавить валом из тварей. И ожидаемо у них ничего не вышло. Но зато они смогли оттянуть свою смерть и уйти еще дальше, пока я раскидывал это зверье, которое теперь не могло прокусить мою шкуру. Тело стало настолько крепким, что даже метатели и подлые хлысты оставляли на коже темные синяки или неглубокие порезы, которые тут же начинали медленно затягиваться и бледнеть из-за трех десятков в характеристике выносливости.

Ну а закончив возиться с этой многочисленной мерзостью и пробив костяным копьем глаз поводырю, я немного подумал…, а потом, мысленно плюнув на этих разбегающихся крыс, пошел обратно в покинутую деревню. Немного походив по незнакомым улочкам, довольно быстро нашел склад с земляным маслом и выгреб оттуда все что было. Набралось почти два полных мешка с бурдюками и один с горшками. Последние таскать с собой было неудобно, поэтому вылил их все в первом же коконе, после того как на скорую руку завалил этот проклятый рассадник бревнами и ветками. Работать новым топором было ужасно неудобно, поэтому куда быстрее получалось валить деревья руками. Я просто опрокидывал их на землю вместе с корнями, ломал пополам усиленным ударом ноги, а потом швырял эти получившиеся обрубки в кокон. Когда куча стала достаточно большой, затолкал немного в проходы, щедро полил все маслом из горшков, поджог этот очень большой костер… и не дожидаясь пока он прогорит, наконец-то продолжил свою погоню за разумными тварями.

Толпа оставляла немало следов, поэтому не нужно было быть бывалым охотником или дожидаться утра, чтобы найти место где они проходили. Ну а дальше я опять бежал продолжал бежать, полагаясь на свою большую выносливость. Поэтому, когда светило еще только принялось высветлять небо, говоря о наступлении утра, уже получилось нагнать кого-то из беглецов. Сторожащий отходы лучник пожертвовал собой и, бегая словно перепуганный заяц, довел меня до еще одного кокона, где его нагнал брошенный топор. Добив этого прыткого гада, я опять решил не спешить и потратить немного сил чтобы сложить еще один большой костер. Рука уже была набита, во всех смыслах, поэтому я, очень быстро прорвавшись сквозь мешанину из монстров и убив поводыря, поспешно вернулся и накидал бревен даже раньше чем светило выглянуло из-за горизонта.

Костер только-только занимался, лениво пробуя на зуб щедрое подношение из бревен, а ноги уже несли меня дальше. Видимо думая что я очень глуп, они решили повторить эту уловку еще раз…, но когда воин привел меня к очередному инкубатору, коих расплодилось уж слишком много, его нагнал брошенный с усилением топор. Ну а после мне пришлось схватить умирающего врага за ногу и, чтобы не забыть место, приняться помечать путь его кровью, намеренно задевая рогатым об деревья и пеньки. С таким удобным указателем наперевес, я довольно быстро нагнал почему-то расслабившихся рогатых и убил там всех кого успел, прежде чем они начали беспорядочно разбегаться в разные стороны ища спасение в своей высокой ловкости и скорости. К их печали мой топор был куда быстрее и очень немногие смогли избежать встречи с ним.

Изничтожив десятка три разумных тварей и не став долго гоняться за убежавшими одиночками, все же вернулся по кровавому следу обратно к оставленному позади кокону и потратил небольшую часть дня на его сожжение. Без большой спешки посидел у огромного костра и перекусив вяленной кониной, крепко подумал над тем куда двигаться дальше. Правда, вариантов было не так уж и много, поэтому, прейдя к мысли о том, что не имею никакого желания гоняться за другими прыткими крысами, решил выходить ближе к основной дороге. А потом уже по ней бежать прямиком к следующему поселению, надеясь на то, что там обо мне еще не успели рассказать.

Прейдя к такому решению и выбросив недоеденное мясо в уже разошедшееся и начавшее дикую пляску на наваленных бревнах пламя, поспешно поднялся на ноги. Подхватил свои мешки с земляным маслом и топор, а затем сразу устремился в том направлении где, кажется, должна была идти накатанная дорога. Несмотря на то что я не спал уже больше суток, усталости не было ни в единой мышце, поэтому я не видел смысла долго рассиживаться. Мне хотелось как можно скорее найти новых врагов и новые ранги. Желательно, сразу в большом количестве и хоть немного близких ко мне по силе. Иные противники видимо уже не могли сдвинуть мое замершее на месте личное развитие.

Глава 23

Практически целое десятидневье беготни, три вычищенных от разумных тварей деревни, девять сожженных коконов, около пяти сотен убитых рогатых, десятки сотен изничтоженных монстров из инкубаторов… и всего восемь новых рангов, три из которых я получил за бой с единственным опасным для меня противником — охотником, по ощущениям, достигшим пяти десятков боевого владения и едва не превратившим меня в большого ежа. Да, раньше мне такая цифра показалось бы очень большой, но сейчас она лишь сильно печалила и говорила о бессмысленности всей этой беготни. А имея уверенность в том, что могучих врагов как тот владетель или недавний охотник наверняка очень мало, у меня возникало лишь два направления своего дальнейшего пути… Либо в одиночку постараться уничтожить всех врагов и потом сгинуть на чужбине неизведанных земель. Либо отправиться в Великоград и погибнуть под бесконечным валом тварей, защищая свои земли и людей. Интереснее конечно был первый вариант, но разумнее все же казался второй. Не имея твердого решения куда именно двигаться, я в глубоких размышлениях был отвлечен от рвущих меня изнутри мыслей о прошлом, но… и эта неопределенность не несла ничего хорошего и вынуждала топтаться на одном месте. Поэтому, не зная как поступить, впервые решил снизойти до разговора с врагом и хоть кого-то из рогатого племени порасспросить о происходящем. Я подумал что это сможет помочь мне хоть немного понять своего врага и выбрать дальнейший путь.

Наконец-то крепко набив живот всякой собранной в разрушенной деревне снедью… броском топора обрубил привязанную к почерневшей от огня створе главных ворот веревку, на которой все время моей трапезы, громко хрипя, болтался подвешенный за шею вражеский воин копейщик. Мне почему-то показалось что он точно должен знать больше чем любой мирный из сожженного мною поселения. Не знаю откуда взялась такая уверенность в этом, но я не стал спорить с собой хотя бы из-за этой мысли и сохранил жизнь одному из встреченных мною здесь бойцов. Ударом ноги обрушил воротину, добавляя еще один стежок в общее кружево в полотно разрушения и лишь после этого слегка потянул за ’’повод’’, не позволяя уже немолодому мужику далеко отбежать. Наматывая веревку на руку, подошел к упавшему и вновь пытающемуся подняться бойцу, а затем наступил ему на лицо. Нет, не чтобы раздавить, а лишь показывая свое намерение и заставляя его замереть. И только когда он прекратил дергаться, но не отказавшись от желания сражаться, продолжил зло на меня смотреть и скалить свои зубы, я наконец-то задал свой первый вопрос.

— Как называется ваш народ и зачем вы напали на нас, людей?

— Мы низшие Деоны… Ну а изничтожить всех низших людей до единого нам приказали сами творцы. Они сказали жрецам что ваш вид не оправдал их ожидания и что пришло время избавиться от неудачных творений. Это воля наших создателей и мы обязаны исполнить ее, во что бы то ни стало. А вы, творения их, должны смиренно принять эту волю и немедленно убить себя. Так что давай, животное, прекращай уже идти против замысла творцов и найди свою погибель от моей руки. Дай мне свободу и… — что мне было нужно я уже услышал, подтвердив часть своих догадок. Ну а так как этот рогатый, кажется, был готов еще долго изливать на меня этот словесный бред, пришлось прервать его жаркую речь нажатием ноги, вплоть до громкого хруста в его плече.

— Да я бы с радостью принял свою смерть… вот только ни в одной из четырех деревень, что уже успел разорить, не нашлось ни одного Деона способного меня убить. Если так пойдет и дальше, твой народ погибнет куда раньше, чем найдется моя погибель. Ну создатели… Как-то уже наплевать на их волю, особенно после той участи которую они нам уготовили. Прежде чем уйти, я сперва постараюсь изничтожить их новое творение…, а потом опять попробую убить себя — шипя от боли, словно змея, вражеский воин выслушал мою речь…, а потом неожиданно рассмеялся, наверное увидев в словах что-то очень веселое. Пришлось еще немного надавить ему на плечо, вынуждая подавиться своим хохотом, а потом уточнить, что именно его так насмешило. Покряхтев и помычав от боли, он довольно быстро пришел в себя и, растягивая губы в злой усмешке, все же ответил на мой вопрос.