Когда она повернулась и побежала к двери, я не смог удержаться от улыбки. Должно быть, она правда верит, что сможет сбежать от меня.
— Ц-ц-ц. Ц-ц-ц, плохая девочка. Так просто ты не отделаешься, — я бросился к двери прежде, чем у неё бы появился шанс взяться за ручку.
Она попятилась назад, её грудь поднималась и опускалась, когда она указала указательным пальцем в мою сторону.
— Просто держись от меня подальше.
Я запер дверь, позволив ей наблюдать за моими действиями. Затем я сделал к ней один большой шаг, а она бросилась к французским дверям, ведущим на балкон, легко распахнула их и выбежала наружу.
Я последовал за ней, заметив, что она колеблется, перелезая через железные перила. Затем я прислонился к дверному косяку, веселье продолжалось.
— Хоть ты и не разобьёшься насмерть, принцесса, учитывая высокий фундамент и тот факт, что мы находимся на третьем этаже, вполне вероятно, что ты сломаешь кость или две. Мне бы не хотелось, чтобы это случилось.
Сделав несколько прерывистых вдохов, она повернулась ко мне лицом, её гнев стал более ощутимым.
— Отпусти меня. Я не причинила тебе никакого вреда.
Я потёр челюсть, удивлённый её требовательным тоном.
— Был бы рад это сделать, за исключением того, что нам нужно решить две проблемы. Одна из них — кража моих любимых часов.
— Которые уже вернулись к тебе. Всё хорошо, что хорошо кончается.
— Да, однако это не значит, что я могу игнорировать само это действие. У каждого действия есть последствия. Тебя ведь научили этому в детстве.
Таинственная красавица недоверчиво посмотрела на меня.
— Ты, должно быть, шутишь? Ты, очевидно, ужасный человек, и ты предъявляешь мне что-то из-за моего поведения?
Я скрестил руки на груди, изучая её так же пристально.
— И что же заставляет тебя думать, что я такой ужасный человек? — её заявление подтвердило, что она не только знает, кто я такой, но и подслушала разговор.
Она поняла, что сказала лишнего, мерцающие наружные светильники, на установке которых настояла моя сестра для своей элегантной вечеринки по случаю помолвки, осветили ещё один момент страха на лице девушки.
— Ты ударил того парня.
Я тихо рассмеялся.
— Тот парень это заслужил.
— За то, что ослушался тебя?
Мэддокс был не только моим заместителем, но и лучшим другом со старшей школы, заменив вероломного ублюдка, который теперь считался моим врагом. Мы вместе занимались спортом и поддерживали друг друга из-за девушек. Он несколько раз прикрывал мне спину, и даже принял вместо меня пулю в одну жестокую ночь кровопролития. Он тот, кому я доверяю, тот, кто знает все мои секреты так же, как и я его. Он также чаще сталкивался с моим гневом, чем стоило бы любому человеку.
— За то, что не выполнил свою работу. Теперь, похоже, нам нужно прийти к пониманию непристойного инцидента, в который ты оказалась вовлечена.
— Непристойного?
— Весьма, — парировал я. — Ты должна быть наказана.
— Дай угадаю. Ты считаешь себя и судьёй, и присяжными. — Она упёрла руки в бока, одарив меня надменным взглядом.
— Для той, кого нашли в запертой спальне мужчины, ты довольно смелая. Полагаю, ты знаешь, кто я.
Она закатила глаза.
— Нет, не знаю. И, по правде говоря, мне всё равно. Я сожалею, что вторглась в твою личную жизнь и кое-что у тебя украла.